Так постепенно у Гермионы все лето становилось расписанным по неделям. Пара тут, пара — там. Приглашение от Уизли они с Гарри получили еще возле Хогвартс-экспресса. Еще три недели займет работа у учителя Флитвика, да и дома — ей же нужно хоть немного пожить с родителями?! И нет, одной недели совершенно недостаточно!
Для Малфоев, которые на весь июль и часть августа, по словам Гарри, собирались на континент, времени попросту не оставалось. И никто, совершенно никто не виноват в том, что успел пригласить ее раньше. А уж о том, что приглашена во Францию к вейлам, знать никто не обязан. Кроме учителя, Гарри и, конечно, родителей.
Теперь осталось занять только зимние каникулы, и то лишь ту часть, что не приходится непосредственно на дни, которые и волшебниками, и простыми людьми исстари принято считать чисто семейными праздниками. А это уже такие мелочи!
Кстати, может быть, Гарри еще и с Невиллом переговорит? Если его бабушка не будет против двух гостей-подростков… И все будет просто идеально! А главное, она совершенно ни при чем…
Примечания:
--------------------
— Рита… Даже не знаю, радоваться или пугаться.
Северус отошел от думосбора, взял подругу за плечи и посмотрел в глаза. Рита улыбнулась. Легилименция у нее не шла, если что и получалось, то с большим трудом, но читать прямо транслируемые мысли и образы он ее научил. Да и стимул был, еще какой…
Кроме информации, она училась воспринимать чувства. И теперь ее словно окатило теплом его гордости за нее, «боевую подругу». Она теперь не одна. Это было удивительно глубоко, потрясающе и… страшно. Жизнь совсем отучила ее доверять — и вот, надо же — опять.
Иногда они смотрелись друг в друга как в зеркало: журналист и шпион. Правдивое зеркало, не льстящее и не скрывающее ни одной детали. И ей все меньше хотелось делать скандальные статьи. Добытые ею сведения про Гарри и материалы про Дамблдора были куда опаснее, и по сравнению с ними ее предыдущие работы выглядели… Да никак не выглядели. Убого.
Даже в редакции заметили, что она стала серьезнее и… злее. Да, она за свой недавно выстроенный мир, в котором кроме нее еще были близкие ей люди, дракону пасть порвет. Если допрыгнет, конечно. Но она дотянется. Не своими руками, так найдет способ. Убьет за него. Умрет за него. И если отойти в сторону будет единственной возможностью сохранить свою жизнь — и не подумает сделать это. На что ей другая жизнь?
— Как будем детям рассказывать? — спросила она, чуть отстраняясь.
— Естественно, лучше обоим сразу, — Снейп, задумавшись, потер подбородок. — Лучше всего было бы привести их сюда, но пока ума не приложу, как.
— Они же гуляют в Хогсмиде.
— Полагаешь, директор хоть раз оставлял их без присмотра?
— И кто присматривал? Десять против одного — ты!
— И что? Кто отвечать будет, случись что?
— Это когда они с тобой-то?
— Ладно. Но ты уверена, что за мной в свою очередь никто не присматривает?
— Ну, с одним маячком ты уже разобрался…
— Директор — сильный маг. По крайней мере, артефакты у него высшего класса. Я не уверен, что на меня не нацепили еще чего-нибудь.
Рита радостно улыбнулась:
— Тогда позволь мне подарить тебе новый комплект одежды… абсолютно новый! И кстати… как продвигаются дела с мантией-невредимкой?
Северус скривился было, но кивнул и вздохнул, увидев довольное лицо подруги.
— Только не цветное, прошу тебя.
— Только не черное, это же твоя визитная карточка. Впрочем, у меня есть отличная идея. Тебе понравится.
— Гм-м-м.
— Не хмыкай! Лучше действительно расскажи, как там с мантией.
— Нужны испытания, а нет ни условий, ни времени. Где я теперь дементора возьму? А в гости, знаешь, что-то пока не хочется. Хотя Альбус грозился, было дело…
— Ну вот, не стоит волноваться, если что пойдет не так, он просто сопроводит тебя на полевые испытания. А потом вернет в целости и сохранности — он же не дурак, где он еще такого возьмет?
— Ты опустила слово «идиота»? — поднял бровь Северус.
— Я опустила словосочетание «талантливого зельевара», — ухмыльнулась Рита. — Ты точно решил, кем сам себя считаешь в первую очередь?
— Язва, — улыбнулся он, касаясь ее затылка и осторожно массируя, отчего у нее по всему телу пробежали мурашки. — Как жаль, что времени сейчас совсем нет.
* * *
