Гарри распахнул глаза. У Дурслей были книги! Как он одиннадцать лет прожил в этом доме и даже не обращал внимания? Хотя… разве тогда его хоть немного интересовало то, с чего он стирает пыль? Да и не знал он, даже предположить не мог, что самое интересное и увлекательное скрывается внутри, за кажущимися одинаковыми темными обложками. Широким жестом Вернон Дурсль пригласил его посмотреть… все, что в шкафу! Внутри Гарри екнуло, но на всякий случай он решил уточнить.
— Правда можно?
— Ты можешь читать любые книги. В любое время.
Дядя Вернон светился от собственной щедрости, приправленной удовольствием от вида впавшего в полную прострацию племянника, и никогда в жизни не был так близок к тому, чтобы ему с дикими криками кинулись на шею и попытались задушить — в порыве благодарности, конечно.
— Это тебе за приборку гостиной, — попыталась оправдаться тетка и протянула ему ту самую книгу, что он читал.
— Спасибо… Спасибо-спасибо! — Гарри кивал, руками же впился, как клещ, в плотный темно-серый переплет. Он сразу вспомнил, на чем остановился, и страшно захотел открыть и узнать наконец, чем все закончилось. И был глубоко признателен Дурслям, оставившим его в одиночестве. И вот тут до него начало кое-что доходить.
Он перевел взгляд с книги на шкаф.
Неужели Гермиона при виде книг чувствовала что-то такое же? О… Он вспомнил ее восхищенное и даже восторженное лицо, когда они впервые пришли в библиотеку Хогвартса. Как же он теперь ее понимал! Сестра-а-а… Гарри широко улыбнулся. Нет, он ни за что не будет обижаться на нее из-за того, что она не писала! Она же читает… И он сейчас… Он наконец открыл книгу, попав как раз на нужную страницу, и пропал, пока не дошел до послесловия.
* * *
Гарри сидел на полу возле шкафа, в очередной раз окунувшись в детектив. На сей раз он наткнулся на серию Артура Конан Дойла. Шерлок Холмс стал его героем с первого же рассказа…
Он не заметил, как подошел кузен и уже занес было кулак, но…
Дадли был не дурак. Он видел, что его противный кузен нашел в куче мелких букв что-то интересное. И, судя по тому, как он себя вел, ужасно интересное. И он, Дадли, тоже хотел. Беда была в том, что такое количество текста и слово «интересно» в его голове ну никак не сопрягались… Ему дико хотелось треснуть Гарри по голове, только вот вряд ли тот тогда ему что-то расскажет. Упадет и будет стонать. Фе-е, слабак.
— Эй, — здоровяк потряс тощее плечо.
Гарри вынырнул из книги и мутными глазами уставился на него. В другое время кузен ничтоже сумняшеся зарядил бы промеж глаз…
— Что интересного? — Дадли сумел соединить несоединяемое, попытавшись вложить в свои слова одновременно и угрозу, и дружелюбие. Ну, как он это понимал.
Гарри вздрогнул.
— Э… Тебе чего? — он быстро огляделся и понял, что бежать некуда. Да и ноги почему-то разгибаться не хотели. Все. Попал.
— Ты… Расскажи, что прочитал! — потребовал Дадли, чем весьма озадачил Гарри. Но ненадолго.
Поделиться только что прочитанным? Да запросто! В голове всплывали целые фразы из книг, так что Гарри заговорил быстро и гладко, как по писаному. Собственно, почти так оно и было. А физиономия Дадли только подливала масла в огонь, что уже владел рассказчиком.
Вернувшийся с работы Вернон застал в собственной гостиной удивительную картину. Гарри Поттер, жестикулируя, рассказывал, корчил рожи, иногда подпрыгивая, а его собственный сын чинно сидел рядом и внимал рассказу, открыв рот.
«И что он там ему втирает?!» — привычно разозлился Дурсль и прислушался.
— …Через час после полуночи они услышали нежный свист, и Холмс резко вскочил и начал яростно бить тростью по стене возле кровати, на которой должна была спать Элен.
Хрупкий мальчишеский голос то повышался, то понижался, нагнетая нужное настроение, так, что его слушатели невольно затаили дыхание…
— Что-то зашуршало, а через минуту из спальни мистера Ройлотта раздался дикий крик, полный боли и ярости…
Занятая пирогом по новому рецепту Петунья не успела выйти, чтобы поприветствовать супруга, но, закончив с готовкой, направилась в гостиную, удивляясь и слегка обижаясь тому, что тот сам не зашел к ней. Увиденное снилось ей потом несколько раз: родной сын и муж, разинув рты, как два идиота, внимали ее племяннику.
— …Оказалось, что отчим хотел избавиться от сестер, чтобы завладеть их деньгами. Для этого он держал ядовитую змею, которую ночью помещал в вентиляционную трубу и с помощью огня свечи заставлял ползти в соседнюю комнату…
Петунья почувствовала, как ее нижняя челюсть медленно опускается… и аккуратно присела на ближайшее кресло. Коленки согнулись сами.
Ехать с дядей до Лондона было почти как с автопилотом. Да, Гарри уже разрешили смотреть телевизор. Легально. Да, его словарный запас увеличивался едва ли не в геометрической прогрессии: ему отчего-то ужасно нравились новые слова. И еще больше нравилось их употреблять, даже в мыслях, или — особенно в мыслях?.. А, без разницы. Жизнь, определенно, налаживалась.
