Гарри задумался. Все-таки они ему, кажется, друзья по-настоящему… Гермиона, например, постаралась подобрать то, чем он сам больше всего интересовался до недавнего времени, значит, и правда хотела его порадовать. Рон тоже послал полезную вещь, значит, беспокоится о его безопасности. Ведь, если он желает ему не добра, а, наоборот, чего-то нехорошего, вредноскоп засвистит же? Почему тогда он не оставил прибор себе, ему определенно он нужнее… У него же вредоносные близнецы всегда рядом. Ничего, Гарри всегда даст другу попользоваться, пусть будет у них один на двоих. Э, на троих, то есть. Но Хагрид-то, Хагрид!
Гарри спохватился и быстро начал писать ответы и благодарности. А потом в той самой тетради появилась еще запись о том, как однажды на Рождество он был счастлив, когда ему подарили то, что принадлежало его отцу. Про мантию-невидимку он, кстати, мало что нашел, кроме сказок, которым не очень поверил, а вот про дезиллюминационные чары в потрепанном учебнике за четвертый курс прочитал, как и обещал сам себе еще в первый визит на Косую аллею. И давно уже горел желанием освоить, но все время находились другие дела, не менее (а то и более) интересные.
«И артефакт засветил буквально сходу, умник, — поругал сам себя Гарри. — Теперь вот думать, как от внеплановых похождений по ночам отмазываться. Хотя почему я должен во всем потакать Рону? Перебьется».
А пирог он все-таки испек — тот, который хотел. Сам. Вчера. Две штуки! Под чутким руководством тети, конечно. Но все удалось отлично! Надо будет повторить… На сегодня Снейп устроил ему выходной, по его словам, в качестве подарка, но Гарри без такого вообще-то и обошелся бы. Правда, вчера, глядя на уставшего учителя, упоминать об этом вслух не стал. Но уже подумывал, как явится завтра в Паучий тупик с собственноручно приготовленным угощением и они сядут и попьют вкуснейшего чая, который умеет заваривать только Снейп.
Оба профессора, если подумать, его и так уже одарили сверх меры. Вон, у него на полке прописались целых четыре книги из снейповской библиотеки, а браслет-портал так и вообще редкая вещь, особенно работы Мастера Флитвика! Но…
Тут он понял, что ему все же хочется чего-то этакого. Хотя бы записки, что ли. За спиной повеяло теплом.
«Вот же я лопух!» — хлопнул себя по лбу Гарри, открывая горячий светящийся блокнот. Почему он вчера не положил его на привычное место? Ну вот, точно, поздравления. Первое, четким и острым почерком, было от Снейпа… С каких пор этот человек, которого он раньше воспринимал как злейшего врага, стал ему так важен?.. Почему?
Он вчитывался в аккуратные строчки сдержанных похвал и кратких, но очень приятных пожеланий. А когда перелистнул страницу, прямо на глазах проявился размашистый почерк и красочное поздравление от Флитвика. Ого, он еще и рисует здорово! Гарри посмеялся над забавной карикатурой, где они все трое что-то химичили над парой котлов и кучей непонятных штучек, и начал перечитывать, что ему написали учителя.
Таким его и застала тетя Петунья, поднявшаяся наверх, чтобы позвать заспавшегося племянника на завтрак: уткнувшимся в блокнот и беззвучно шевелящим губами, довольным и улыбающимся… Увы, это продолжалось недолго: едва она успела окликнуть Гарри, как со столика, клацая неизвестно откуда взявшимися зубастыми челюстями, сорвалась Книга и рванула было к ней, так что племянник, выронив блокнот, едва успел ту перехватить.
— Ты это чего? — удивленно и строго спросил Гарри Книгу, держа ее перед собой на вытянутых руках. — Ты зачем на тетю нападаешь?
— Никогда не видела, чтобы книга рычала, — прошептала миссис Дурсль, глядя, как племянник успокаивает ЭТО. — Спускайся завтракать. И… осторожно, что ли.
А Гарри решил, что раз его Книга такая… живая, то надо ее, наверное, познакомить со всеми обитателями дома. Ну и их с ней. Чтоб не трогали… друг друга. Да и просто хотелось похвастаться удивительным подарком.
Так что тетя Петунья была первой представлена странному и страшноватому фолианту. Но после легкого почесывания переплета Книга таки громко мурлыкнула, потерлась переплетом о ее руку, и хозяйка дома призадумалась.
«Шерсти нет. Написано, кажется, много интересного, хотя картинки и жуткие. Ну и мир там у них, если такое водится. А еще, наверное, может охранять от врагов? Одна сплошная польза…»
Она сама не заметила, как задала вопрос про врагов вслух, на что Книга резко сложилась, словно щелкнув челюстями, и тут же снова мурлыкнула. Уютным таким басом.
— Ну… я не знаю, что полагается говорить в таких случаях… Добро пожаловать? Только другие книги не обижай.
— Точно, — поддержал тетю Гарри. — Они такие, простые, но тоже интересные и полезные. Но ты лучше всех! Пойдем на завтрак?
«Видели бы нас со стороны, — Петунья улыбнулась, представив Марджори Дурсль с ее бульдожьим выражением лица. Не так давно они нашли-таки общий язык, сойдясь на том, что все четвероногие нуждаются в тщательной дрессировке, и теперь неплохо общались. — Разговариваем с книгой, как с человеком. И да, у нас есть свой семейный психотерапевт! Но, наверное, пора завести и психиатра».
