Впереди, над океаном, парили огромные платформы, между которыми клубились тучи, били молнии и крутились смерчи. А они будто «съедали» их, постепенно поглощая все буйство энергий, накопившихся внутри охваченной этими «уловителями тайфунов» зоны.
Чуть позже они пролетели над плавучим комплексом, похожим на большой пустой в середине пятиугольник. По углам стояли башни, а грани были сплошь покрыты зеркалами. От углов в сторону океана расходились параболические «усы». Комплекс помимо энергии солнца, собирал также еще и энергию волн. А заодно «гасил» гигантские валы, образующиеся из – за подводных землетрясений и извержений. Дойди они до берегов, образовали бы разрушительные цунами.
– Станция мобильна и поэтому может оказаться в том месте, где ожидается возникновения подводных землетрясений или извержений вулканов. Сейчас она как раз над одним из таких мест, – сказал Александр.
Дмитрий проследил, как в середине комплекса откуда – то изнутри, из глубины, возникли колебания, вода вспучилась, но вскоре снова мирно заколыхалась, как и снаружи граней.
– Интересно, – прокомментировал увиденное знахарь, когда флайер, набрав высоту, снова лег на прежний курс. – Значит, сейчас катаклизмов совсем никаких нет?
– Нет. Безопасности жителей уделяется много внимания. Ну и финансовые убытки исключены. Население растет, заселяются многие ранее недоступные области. На прибрежных и островных территориях стало жить безопасно. Пустыни возделываем, Африку теперь совсем не узнать. В Сахаре города – оазисы. И в Гоби и в других пустынях. Благодаря новейшим технологиям земледелия и орошения, а также достаточности энергообеспечения люди теперь могут селиться не только около рек и озер. Энергетика хорошо развита, биотехнологии, транспорт, а это дает возможность развитию поселений в местах, раннее для жительства вообще недоступных. Ну а когда открыли границы и создали Мировой Совет, то вообще изменилось очень многое.
– Наверное, произошло перераспределение и миграция населения?
– Как ни странно, почти нет. Все афро не вернулись в Африку, а китайцы в Китай, и из бедных стран в богатые приток тоже почти не возрос. В основном все остались там, где жили до этого. Хотя никаких этнических, национальных, расовых ограничений для передвижения нет. А законы, хоть и общие, все же несколько отличаются на местах, согласуясь в ряде своих разделов – ну, например, праве на создание семьи – с национальными традициями. Поэтому каждый вполне может выбрать для жительства любое понравившиеся место. Благо по уровню комфорта и возможностей они теперь почти не отличаются. Хотя… На мой взгляд в городах, где расположены крупные корпорации или правительственные здания, жизнь все же лучше. В смысле возможности сделать карьеру. При должном упорстве. Другой вопрос, что это нужно далеко не всем.
– А прирост населения большой?
– Ну как сказать. С одной стороны, в семьях сейчас в среднем по 2 – 3 ребенка. Такого экстрима как раньше – по 10 – 15 – нет. Даже среди афро и азиатов. И бездетных семей теперь тоже нет. Но с другой стороны уровень комфорта возрос, общее благосостояние населения выросло, и каждый может позволить себе вполне приличные условия. Так чтоб в одной комнате по 4 – 5 человек жили, такого нет! А в аграрных зонах коттеджи весьма просторны! Хотя некоторые с таким фанатизмом кинулись улучшать свои жилищные условия, что часто переходят всякие границы!
– Я заметил, – рассеялся Дмитрий.
– Ты про наш номер, что ли? – деланно обиделся Александр, но тут же продолжил: – Можем себе позволить. КИК – организация уважаемая, с высокими индексами социального доверия и нужности. И стесняться нам нечего – бедности то у нас на планете сейчас нет, и бомжей тоже нет. Хотя есть люди, отвергающие общество и не желающие жить по его законам.
– Ты о преступниках?
– Не только. Просто есть те, кто упорно не желает жить в сложившейся на всей планете единой Системе взаимодействия. Странники – кочевники или отшельники. Монастыри, кстати, на мой взгляд, из той же оперы. Некоторые и правда Богу служат, но большинство то от реальности уходят. Хотя у них там как бы своя система, свое общество. А есть одиночки, которые вообще вне любой системы.
– Их не притесняют?
– Ну, вообще – то бывает. Общество не может мириться с теми, кто выделяется сверх неких границ и отрицает вообще все устои. Так что нарушителей законов, инсургентов, отступников и любителей эпатажа чаще всего отселяют в ЗАО. Если поймают.
– Куда?
– ЗАО, закрытые административные образования. Специальные поселения, где содержаться все люди, поставившие себя вне общества.
– Ну а преступность в ее, так сказать, чистом виде у вас еще есть?
