Hа силу успокоившись, он неторопливым шагом направился к замаскированной в лесу командно-штабной машине, с наслаждением вдыхая бодрящий запах хвойных деревьев. По дороге он критическим взглядом осмотрел уже развернувшиеся части первого батальона. Он вспомнил, как накануне, поздно вечером, в штаб их гвардейской дивизии, которой, пожалуй, единственной в округе удавалось сохранять хоть какую-то боеспособность, пришла особо секретная радиограмма, в которой был приказ силами полка, с боевым вооружением и боеприпасами, выдвинуться в район развертывания в тридцати километрах западнее деревни Каменка. У него еще не прошло то лихорадочное возбуждение, которое охватило тогда всех старших офицеров дивизии. Сложившаяся ситуация была странной и не совсем понятной: если бы началась большая война, то по тревоге подняли бы весь округ, а зачем и кому понадобилось уводить один полк меньше чем на сотню километром от места постоянной дислокации, никто не мог и предположить. К тому же о противнике в приказе не говорилось ни слова. Hа учения это уже совсем не было похоже. Приказы о начале учений не отдаются по особо секретной связи.
Потом командир дивизии вызвал к себе полковника Заболотского и продублировал приказ. В полку сыграли боевую тревогу и в район развертывания ушла группа обеспечения: разведрота полка и 2-я рота 1-го мотострелкового батальона. Следом в полном составе выдвинулись 1-й батальон, а за ним химики и полевая санчасть.
Полковник взглянул на продавленную тяжелыми машинами колею проселка, убегающего за выступ рощи и подумал, что вся техника полка здесь не пройдет, и что нужно немедленно дать указание саперам проложить дополнительный маршрут.
Мимо на большой скорости пропылил газик службы безопасности. Полковник невольно поморщился, причем не столько от пыли, сколько от мысли, что хваленый спецназ МВД абсолютно не может соблюдать правила маскировки, и их база, расположившаяся неподалеку, сводила на нет все усилия полковых инженеров-маскировщиков. Он поморщился еще раз, вспомнив тех трех краснопогонников, которые высадились прошлой ночью с вертолета в центре зараженной зоны. За десять минут они получили более полутора тысяч рентген и сейчас находятся в коматозном состоянии. Им и пилоту вертолета делают пересадку костного мозга и лимфатических узлов, но даже несмотря на это, можно с уверенностью сказать, что они уже мертвецы. Он не испытывал жалости к ним, они получили свое за расхлябанность и разгильдяйство: на вертолете стоял штатный дозиметр, требовалось только включить его! "Hет, ребята, думал седовласый полковник, глядя на двух ОМОHовцев, щеголяющих в своей новенькой сероватой форме, и потягивающих пиво из банок, - вы можете только махать дубинками перед носом у запуганного обывателя и щелкать наручниками, а проблемы поважнее вы решать не способны, не та выучка, это дело армейских частей."
Будь его воля, он выставил бы отсюда весь ОМОH и спецназ МВД, а заодно и контрразведку вместе с их начальником, этим жирным боровом, полковником Кунициным, который прославился несколькими успешными операциями по захвату террористов, и вел себя чрезвычайно высокомерно, как не подобает даже маршалу. Однако дело касалось государственной безопасности с стратегических интересов , поэтому присутствие ФСБ и МВД необходимо и с ним приходится считаться. Кроме того, как стало известно, уже зашевелились многие иностранные разведки, особенно массад и это отребье с ближнего востока.
Взглянув на клонящееся к горизонту солнце, полковник зашагал быстрее. Каждый должен делать свое дело. А у него сегодня работы предостаточно.
Глава 3 ~~~~~~~
Молодой, но быстро идущий в гору невропатолог, Павел Кряжев, отличавшейся своей пышной, совершенно неподдающейся расчестке, огненно-рыжей шевелюрой, оторвал взгляд от экрана компьютера и посмотрел на стоявшую за стеклом кровать. Собственно, и не кровать вовсе, а исследовательско-диагностический комплекс. Там, на кровати, обставленная множеством различных приборов и капельниц, лежала юная девушка, на вид почти девочка, в состоянии нервного шока. Ее милое личико под прозрачной кислородной маской было страшно изуродовано вздувшимися сосудами на высоком лбу. Голубые вены проступали и на тоненькой длинной шейке. Кожа на лице казалась прозрачной и покрытой мелкой сеточкой капилярных сосудов. Простыня, которой была укрыта девушка, колыхалась от частого, резкого дыхания.
Ее нашли неделю назад в лесу, недалеко от одного известного санатория, что стоит на берегу местного водохранилища. Там она отдыхала вместе с друзьями. По их словам, она вышла прогуляться перед сном и не вернулась. Ее искали всю ночь, а когда нашли, то система скорой помощи, показав совершенно неожиданные чудеса скорости, сумела вовремя доставить девушку к ним в институт.
