Глаза Крога распахнулись. Едва поняв, что находится в лежачем положении, воин попытался встать. Встал куда быстрее, чем мог себе позволить, ибо острая боль в рёбрах едва не вернула его в беспамятство. Правая рука, покрытая набором воинственных татуировок, машинально ощупала пол. Отсутствие «Кроворуба» вызвало на лице орка гневный оскал. Со стороны послышался протяжный вздох. Даже сквозь пелену, охватившую его взор, тра’вага ощутил присутствие Ку’сиба. В тот же момент вернулись воспоминания. Орк выдохнул.
— Проснулся? — послышался хрипящий женский голос с верхнего яруса избушки. — Хе-хе! Алкин задолжал пять амулетов.
— Что? — буркнул Крог. — Амулеты?
Спустя минуту шорохов, скрипа полов и монотонного треска полена в жаровне, с лестницы скользнула старуха — владелица скрипучего голоса и самой обители. Её возраст колебался в районе от восьми до девяти десятков, что не мешали карге скакать по длинной лестнице подобно пауку. Её конечности были костлявы, на спине красовался горб, красный платок укрывал длинные седые волосы, а крючковатый морщинистый нос — самая примечательная деталь внешности, расположился между двух выпученных, полоумных глаз.
Даже сквозь неокрепший взгляд Крог сопоставил детали увиденного, безошибочно распознав в старухе представительницу сестринства ведьм. Как и прочие чародеи, ведьмы, ворожеи и ведуны черпали свои силы из Мира Духов, создавая языческие обряды вдали от посторонних глаз. Однако в отличие от магов и жрецов, чья сила черпалась из веры в богов или изучения тайных магических искусств в стенах академии, ведьмы в большинстве своём являлись самоучками, что развивали магический потенциал посредством взаимодействия с аспектами первородных сил.
— Так, моя радость, — прохрипела карга и в два прыжка поравнялась с орком. — Дайка я тебя осмотрю.
На столь резкое приближение отреагировал и дремлющий зверь, едва не вцепившись в старуху клыками. Ведьма даже не повела глаз. Длинные костлявые пальца обхватили толстое предплечье и бинты, кои опоясывали торс орка.
— Где Шеймус?
— Сейчас-сейчас. Так, рёбра целы. Клыки? На месте. Оставишь один на память? Ну, ничего. Рогатый заберёт. Авось, руку поднять смогёшь? Этот пёсий хвост Алкин говорил, мол, ходить не будешь! Хе-хе! Забыл, видно, как сам у старухи Лесье выхаживался. Толковый! Тащи листья морены, головы бог и крылья малявок.
С верхнего яруса послышалось недовольное шипение.
— Бегом! — воскликнула ведьма и топнула о дощатый пол. — Сгною стрекозмеям!
Спустя пару мгновений шорохов и цокота с верхнего яруса выскочило существо метрового роста с кожей бледно-розового оттенка. Его непропорционально большую круглую голову венчала пара коротких рогов, а пасть оказалась наполнена рядом острых игольчатых зубов. Копыта выстукивали чечётку по полу, а рудиментарные крылья на спине дрыгались, словно существо пыталось взлететь, когда тащило Лесье мешок заказа.
Крог едва не потерял дар речи.
— Да это же…!
— Да. Наш бес — Толковый. Весёлый, правда? Знал бы, как он пляшет на углях, да рожицы какие строит! Хи-хи-хи!
— Пляшет?! — прорычал орк. — Ведьма притащила в дом демона! Крог давил таких ногами!
— Цыц! Не ругайся. Он у нас ранимый.
— Ранимый?! — челюсть Крога едва не отвалилась на пол. — Ведьма! Заканчивай игры! Где Шеймус? Где «Кроворуб»? Что за тварь напала в лесу?! Говори, пока не откусил вам головы!
— Это Кира, — старуха продолжила заниматься своими делами, словно угрозы внушительного «пациента» оставались для неё фоновым шумом. — Забрала этого деда с собой на болото. Но ты не боись. Топить его никто не станет. Кира сейчас цветёт. Больно уж зверь ей полюбился.
— Какая ещё Кира?!
— Владычица Топей, дурик. Ей ещё крестьяны детей пугают, ведьмой зовут. Так, только не ведьма она никакая. Ведьма тут я… ну и эта сумасбродка Мирланда. Да не волнуйся, ты. Хи-хи. Кхе-Ухе! — смех старухи превратился в приступ кашля, но беззубая улыбка продолжала сверкать на морщинистом лице. — Гадские травы! Железяка твоя снаружи. В дом Лесье с оружием хода нет. Ты, кстати, можешь и дальше рожи страшные строить, а можешь тяпнуть настойки со старухой, да и идти ко всем. Эти бездельники, авось, уже похлёбку сварганили. Глядишь, и вас к столу пригласят. Тронуть — никто не тронет, наверное. У нас в Убежище порядок.
— Убежище? — переспросил орк.
…Простирающееся от границ южных пустынь до неприступных гор Гримхейма на севере, государство людей заняло всю центральную территорию материка Талан. Вопреки расхожему мнению величественные людские города, форпосты и села, что усыпали всю территорию центральных земель, занимали лишь малую их часть, подобно огонькам звёзд среди бескрайнего ночного неба. Да, способность людей перестраивать внешний мир сыграла ключевую роль в успехе человеческого вида, а окрестности сёл и деревень оставались относительно безопасным пространством. Однако глубины лесов оставались совершенно иным местом.
