Горемыкин ухватил пилота за шиворот и ремень, и напрягая силы, помог тому взобраться в гнездо стрелка на носу аэроплана.
Прокофьев-Северский начал разгон, моля Бога, чтобы им удалось оторваться в воздух. Лишний груз впереди смещал центр тяжести и затруднял взлет, а свистящие вокруг пули не всегда пролетали мимо, не задев аэроплана, что не могло прибавить им мощности и аэродинамики. Точнее уж, сильно наоборот.
Но, наконец-то, поплавки оторвались, и машина начала медленно подниматься в небо. К их командирскому аэроплану присоединились другие крылатые машины, и вот строй звена выровнялся и взял курс на «Орлицу».
Горемыкин покосился на втиснувшегося рядом спасенного пилота и полюбопытствовал:
— Как звать-то тебя, орел небесный? Меня вот Иваном кличут.
Пилот хмыкнул и отрекомендовался:
— Разрешите представиться — княгиня Шаховская Евгения Михайловна. Благодарю за спасение!
Прапорщик ахнул.
— Итить! Баба!
Та иронично смерила Горемыкина взглядом и пообещала:
— Сейчас кто-то от радости за борт вылетит.
Прокофьев-Северский хохотнул.
— А жизнь-то налаживается!
И повел свое звено к уже видимой аэроматке. Лишь летело над морем, слышимое сквозь гул моторов, разухабистое хоровое пение:
РИГА. РИЖСКИЙ УКРЕПРАЙОН. ШТАБ ОПЕРАЦИИ «КВАРТЕТ». 14 (27) августа 1917 года.
— Итак?
— Государь! Отпущенные четверть часа истекли. С борта линкора «Принц-регент Луитпольд» получен сигнал о том, что экипаж затопит корабль, заняв места в шлюпках и открыв кингстоны.
— Проследите, чтобы всех подобрали.
— Да, Государь!
— И предупредите их еще раз, если они попытаются повредить корабль взрывом, то мы немедленно открываем огонь на поражение из всего имеющегося арсенала, а вылавливать из воды никого не станем.
— Слушаюсь, Ваше Величество!
— Что второй линкор?
— Со вторым пока непонятно, Государь.
Удивленно смотрю на Канина.
— То есть? Объяснитесь, адмирал!
— Дело все в том, Ваше Величество, что сначала на линкоре «Гроссер Курфюрст» подняли гюйс «Умираю, но не сдаюсь». Потом там произошла какая-то суета и гюйс сняли.
Я нахмурился:
— И что это значит, по-вашему?
Канин сделал неопределенный жест.
— Пока трудно сказать что-то определенное, Государь. Посты наблюдения показывают, что нездоровая суета на борту продолжается и имеются признаки того, что борту идет перестрелка.
— Гм… Знаете, что. А начинайте-ка обстрел. Но пока больше демонстративно. Прикажите приложить тяжелым снарядом недалеко от линкора, затем еще, но уже ближе, а потом еще парочку, но так, чтобы было понятно, что следующий «чемодан» прилетит им в голову. Пусть решают быстрее, а мы их простимулируем.
— Слушаюсь, Государь!
— Что в районе Двинска?
Генерал Балуев встал и доложил обстановку.
— Ваше Императорское Величество! Артподготовка на намеченном участке ведется в полном соответствии с планом и графиком. Судя по данным разведки, германцы отошли на вторую линию, оставив лишь укрепленные заслоны. В тылу явно идет перегруппировка сил. Утром можем начинать.
— Ваши слова, да Богу в уши, генерал. Авиация готова?
— Так точно, Государь!
— Типографии?
— Ждут текст и литографии.
— Что Псков?
— Ваше Императорское Величество! Пожар на складе боеприпасов Северного фронта продолжается. Потушить пока не представляется возможным. Снаряды и осколки разлетаются по всей округе в радиусе двух-трех верст от места очага. Штаб фронта пришлось временно эвакуировать в Изборск.
— Эвакуация населения?
— Делаем все возможное. Организовано вывозятся люди, выгоняется скот. Задействованы все силы и ресурсы. Однако, смею заметить, что угроза большого взрыва сохраняется. Ее Величество повелели отодвинуть лагеря спасения еще на три версты дальше, а это также занимает наши силы и ресурсы.
Я хмуро смотрел на генерала.
— Если случится большой взрыв, какой будет радиус поражения?
Балуев замялся.
— Мы не знаем, Ваше Величество. Быть может, и три версты, а может и четыре.
— А не исключено, что и пять?
— Этого тоже нельзя исключать, я понимаю…
— Понимаете? Так какого черта вы развернули лагерь в пяти верстах от эпицентра возможного взрыва?
— Так повелели Ее Величество…
Зло хлопаю ладонью по столу.
— А вы зачем?! У кого был штаб фронта в Пскове? У вас или у Ее Величества?! Кто должен лучше знать местные условия?!! Почему не подсказали и не указали на возможную опасность?! Раз уж вы оплошали, так хоть имели бы мужество отвечать за свой промах!!!
— Виноват, Ваше Императорское Величество! Я…
— Делайте что хотите, но все население города и округи должно быть эвакуировано не мене, чем на восемь верст от горящих складов!
— Слушаюсь, Ваше Величество!
— Как скажется переезд штаба фронта в Изборск на ходе операции «Звезда» в районе Двинска?
— Государь, риск определенных нестыковок имеется, но мы делаем все возможное.
