Терновский хмыкнул, но в его взгляде промелькнуло уважение.
— Ну, положим, пока никаких яиц я не видел, ни золотых, ни даже медных. Разве что те, которыми ты постоянно гремишь. Но посмотрим…
— Увидишь. К тому же, — с усмешкой добавил я, — браки по расчёту частенько самые крепкие. Не стоит омрачать взаимовыгодный союз необдуманными поступками. Иначе мне же где-то всех вас придётся хоронить… — с напускным сожалением я покачал головой.
Министр неожиданно расхохотался, его массивное тело задрожало от смеха.
— Ох, Платонов, я не ошибся в тебе, — он вытер выступившие от смеха слёзы. — Хитёр не по годам. Будь в Бастионе больше таких, как ты, в Содружестве давно бы уже правили электричество и бензин, а не лошади да магия.
Он аккуратно спрятал статуэтку во внутренний карман.
— Желаю успеха в твоих начинаниях, Прохор Игнатьевич, — теперь его голос звучал почти дружелюбно. — И да, будь добр, присылай отчёты о добыче регулярно. Моя доля — это святое.
— Разумеется, — кивнул я, открывая дверь. — До встречи, Игнат Всеволодович.
Я вышел из машины, и внедорожник тут же тронулся с места. Второй автомобиль с охраной развернулся следом. Я смотрел им вслед, размышляя о неожиданных поворотах судьбы. Порой, они сводят вместе тех, кто в обычной ситуации никогда бы не стал работать вместе.
Василиса долго стояла на лестнице, ведущей на первый этаж дома воеводы, несколько раз собираясь спуститься, и снова замирая. Ей казалось, что каждый в остроге прямо сквозь стены видит её нерешительность, особенно дозорные на башне. Наконец, она глубоко вздохнула и решительно зашагала вниз.
— Полина? — вопросительно окликнула она Белозёрову.
— Да-да! — послышался певучий голос, и через несколько мгновений в гостиной появилась гидромантка.
Полина была одета в домашнее платье и передник. Её каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, а на щеке виднелся след муки. Она удивлённо приподняла брови, увидев Василису.
— Вот так сюрприз! — Полина слегка склонила голову набок. — Что привело тебя ко мне?
Голицына сжала кулаки, борясь с желанием развернуться и уйти. Эта несносная девица с её идеальной внешностью, даже с мукой на лице, выглядела очаровательно.
— Я пришла… — геомантка запнулась, подбирая слова. — Я видела, как ты принесла Прохору мясной пирог на днях.
Полина улыбнулась, и в её ореховых глазах мелькнула искра понимания.
— А, тот пирог с говядиной и грибами, — протянула она. — Ему понравилось. Хочешь посмотреть? Я как раз замешиваю тесто для лимонных булочек.
Василиса кивнула и прошла на кухню. Там уютно пахло ванилью и свежей выпечкой. На столе лежало тесто, рядом стояли миски с ингредиентами, а в печи что-то томилось, распространяя аппетитный аромат.
— Так что тебя интересует в моём пироге? — спросила Полина, возвращаясь к столу и начиная раскатывать тесто.
Василиса глубоко вздохнула. Просить о помощи, особенно у соперницы, было против её принципов, но она видела, с каким удовольствием Прохор попробовал пирог Полины. И читала когда-то, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Эта мысль звучала здраво, ведь самой девушке несколько не хватало опыта в любовных делах.
— Я хочу, чтобы ты научила меня готовить, — выпалила она, словно бросаясь в омут с головой.
Белозёрова замерла, держа скалку на весу. Её глаза широко раскрылись от удивления.
— Ты хочешь, чтобы я… — она не закончила фразу, явно пытаясь осмыслить услышанное.
— Да, я прошу тебя научить меня готовить, — щёки Василисы вспыхнули румянцем. — У меня не получаются даже простейшие блины. Они всегда выходят кособокими и рваными. А пироги и вовсе не удаются.
Полина медленно положила скалку на стол. Первым порывом было отказать — зачем помогать сопернице завоевать внимание Прохора? Но затем она посмотрела на Василису — гордую, всегда уверенную в себе, а сейчас стоящую с таким смущённым видом. Ей пришлось поступиться немалой частью самолюбия, чтобы обратиться с этой просьбой.
К тому же, за последние недели, работая вместе в школе, они начали лучше понимать друг друга. Василиса оказалась умной и самоотверженной, когда дело касалось благополучия острога. Полина не могла не уважать этого.
— Ладно, — наконец сказала она. — Я научу тебя. Начнём с чего-нибудь простого. Мясной пирог — это уже высший пилотаж. Давай сперва освоим булочки?
Облегчение на лице геомантки было столь явным, что Полина не сдержала улыбки.
— Спасибо, — искренне сказала геомантка. — Я быстро учусь, обещаю.
— В этом не сомневаюсь, — кивнула Белозёрова, протягивая ей чистый передник. — Умываешься и за дело. Сначала я покажу, как правильно замешивать тесто.
Следующий час прошёл в неожиданно дружеской атмосфере. Полина терпеливо показывала, как нужно просеивать муку, добавлять яйца и замешивать тесто до нужной консистенции. Соперница слушала внимательно, задавала вопросы и старательно повторяла каждое движение.
— Главное в выпечке, — объясняла Полина, осторожно формируя булочку, — это не бояться теста. Оно чувствует страх и неуверенность.
— Как враг в бою, — неожиданно сравнила Василиса, и они обе рассмеялись.
