— Нисколько, — честно ответил я. — Это как вернуться домой после долгого путешествия. Ты же не боишься собственного дома?
«Дом хотя бы не пытается тебя убить! — возмутился Скальд. — Ну, обычно не пытается. Хотя было у меня одно дупло с очень недружелюбной белкой по соседству…»
— Как сказать… — отвела взгляд девушка. — Обещай, что всё будет хорошо.
— Обещаю. И знаешь что? Когда придёт твой черёд, ты тоже справишься. Вода — добрая стихия, она примет тебя мягче, чем камень.
Я разложил вокруг себя горку малых кристаллов — тридцать штук, каждый способен дать от шести до двадцати капель. Щедрый запас, но для прорыва к рангу Мастера и последующего испытания лишним не будет. Посмотрим, сколько из них я смогу осушить…
«Тридцать⁈ — Скальд чуть не подавился. — Ты что, решил устроить пир? А мне сколько достанется? Надеюсь, ты помнишь о своём верном, преданном, спасающем твою шкуру фамильяре?»
Полина привычным образом втёрла мне в позвоночник раствор соли и угля, пока я создавал временные накопители, а затем я выпил подготовленный отвар с каплей собственной крови.
Усевшись в центре подготовленного круга, я сделал несколько глубоких вдохов. Полина устроилась неподалёку на расстеленном пледе, решительно скрестив руки на груди.
«Ну всё, понеслось, — обречённо вздохнул ворон. — Если что, я буду рассказывать всем, что ты был неплохим хозяином. Немного скуповатым на орешки, но в целом сносным. И да — постарайся не умереть, ладно? Мне в мои годы сложно привыкать к новым людям!»
«Обязательно постараюсь. Кто же ещё будет терпеть твоё нытьё?»
Первый кристалл растворился, отдав четырнадцать капель. Второй — одиннадцать. Третий — целых девятнадцать. Энергия текла в меня ровными волнами, наполняя внутренний резервуар. Я чувствовал, как часть силы уходит по незримой связи к Скальду.
Пятьсот сорок… Пятьсот шестьдесят… Пятьсот восемьдесят…
Граница приближалась. Я ощущал её как невидимую стену, которую предстояло пробить. Ещё несколько кристаллов, и внутри словно лопнула плотина. Шестьсот капель!
Прорыв сопровождался вспышкой боли и экстаза одновременно. Тело задрожало, по коже пробежали серебристые искры. А в голове начали оживать воспоминания — заклинания ранга Мастера, недоступные прежде.
Я продолжал поглощать кристаллы, пока счётчик не остановился на семистах тридцати четырёх каплях. Ещё тридцать восемь ушло Скальду. Теперь начиналось главное.
Глубоко вдохнув, я начал погружать себя в камень, одновременная осыпая себя подготовленной смесью и создавая несколько узких каналов для доступа воздуха. Каменная крошка, металлическая стружка, порошок Эссенции — всё это покрывало кожу, создавая необходимую среду для Испытания.
Миг, и я оказался почти в полной темноте.
В одиночестве.
Закрыв глаза, я отпустил контроль над телом. Первым откликнулся камень — кожа начала твердеть, становиться шершавой. Сначала кончики пальцев, словно их окунули в жидкий цемент. Покалывание распространялось по рукам, каждая пора закрывалась, превращаясь в микроскопическую каменную чешуйку.
Затем металл — по венам словно потёк расплавленный свинец. Жар был невыносимым, но это была не обычная боль. Кровь густела, становилась тяжёлой, тягучей. Сердце забилось медленнее, с трудом проталкивая металлизированную жидкость по сосудам. Каждый удар отдавался в висках глухим звоном.
Дыхание стало затруднённым. Лёгкие словно наполнялись каменной пылью, рёбра срастались в монолитный панцирь. Страх пытался сковать моё сердце, но он уже давно не имел надо мной власти. Железная решимость разорвала его клейкие путы, загнав обратно в самый тёмный уголок моей души. Инстинкт самосохранения кричал, требовал прервать процесс, но я знал: отступить сейчас значит умереть.
Время начало течь иначе. Секунды растягивались в минуты, минуты — в часы. Или наоборот? Я терял счёт дыханию, пульсу, мыслям. Сознание дробилось, растекалось по окружающим породам.
Вот я — валун у спуска в устье. Помню, как меня выкопали три недели назад. Чувствую тяжесть веков, спокойствие тысячелетий. Нет тревог, нет страхов — только вечность.
