В этот момент Четвертый принц нахмурился, отметив для себя, что Лейф может врать им всем. Возможно, он тайно приезжал в столицу, или посылал людей разузнать новости. К горам Тишень слухи точно сами бы не дошли…
С другой стороны, глядя на его озадаченное выражение лица, кажется, он спросил об этом неосознанно. Более того, он мог выказать себя еще когда спрашивал о том, в чем виновата Ариэла…
Какое-то время Остин сидел, задумчиво хмуря брови. Он не мог понять, какой козырь скрыт в рукаве его младшего брата, поэтому молча слушал.
Четвертая принцесса же попыталась доказать свою правоту:
— В первую очередь, она совершила ошибку, продав земельный участок с охотничьим угодьем брата посторонним людям! Почему все забыли об этом?! Этого достаточно, чтобы быть наказанной таким образом!
Лейф поднял одну бровь в молчаливом удивлении, отставив почти пустую чашку чая:
— Если это угодье Четвертого брата, как она могла его продать? Такое вообще возможно? — эти слова спровоцировали тишину в зале.
Конечно, все были в курсе, что это земля по праву принадлежит Ариэле, но… Если она хоть немного умна, то должна знать, как это место важно для принца!
Но девушка продала его за бесценок, нанеся тем самым ему оскорбление!
Естественно, Четвертый принц разозлился, дав сегодня понять, что она никуда не денется и будет иметь дело с ним. В противном случае, кто бы обратил внимание на отброс семьи Мун?
В этом вопросе все были прекрасно осведомлены, и даже Император не вмешивался, подтверждая вину Ариэлы.
Можно сказать, Остину был дан зеленый свет на все его действия… до того момента, пока не появился Седьмой принц.
Мисс Мун сидела с белым платком в руках, медленно стирая кровь с рук. Она криво ухмылялась от создавшейся ситуации. Поскольку у прибывшего человека есть сердце, чтобы помочь ей, она точно не упустит такую возможность:
— Ваше Высочество, вы не знаете всего… Хотя в титуле значится мое имя, но мы с Четвертым принцем еще не вступили в брак, и продать угодье без его разрешения я не имела права. Поэтому здесь действительно моя вина. Но ранее, Четвертая принцесса уже пообещала, что если я приручу золотого питона-хранителя, то меня простят, не так ли? — спросила в конце девушка, обращаясь к ТалиИ.
Глаза принцессы расширись:
— Когда это я такое говорила?! Зачем меняешь белое на черное?!
После этого Ариэла с сомнением обратилась к Императору:
— Ваше Величество, разве Её Высочество не это имела в виду? — Аонатан не ожидал такого прямого вопроса, что немного смутило Владыку. Тогда он нервно кашлянул и помахал рукой в отрицательном знаке.
— Это просто охотничье угодье. Так как мисс Мун уже «приручила» золотого питона в соответствии с соглашением, то дело считается закрытым! Теперь всем запрещено упоминать об этом в дальнейшем! — это было не просто предупреждение, а самый настоящий устный указ.
Принцесса чувствовала раздражение, но когда Император перевел на неё свой хмурый взгляд, ей пришлось неохотно согласиться:
— Да.
— Спасибо Ваше Величество, — но Ариэла не собиралась забывать об этом деле просто так, поэтому тяжко вздохнула, — Ваше Величество, подданная знает, что это был ваш личный подарок, и он очень ценен. Но если бы меня не вынудили, я бы никогда не продала землю!
Владыка немного удивился:
— Что произошло? Кто-то угрожал тебе?
Ариэла опять вздохнула:
— Н-нет. Я не знаю, как сказать..
— Говори, как есть! — сидел, мысленно сгорая от нетерпения, Император.
— Из-за того, что я потеряла свою силу, и мой отец был серьезно ранен, наши дни в поместье стали хуже, чем когда-либо. В отчаянии, я должна была продать угодье, чтобы получить немного серебра для выживания…
— Ариэла, что за ерунду ты говоришь?! — Старейшина, как только услышал эти слова, встал и закричал.
Её обвинения, скорее всего, зацепят всю семью Мун!
Император недовольно посмотрел на него:
— Пусть она продолжит! — вся спесь сразу слетела со старика, и он не посмел дальше вмешиваться.
— Однажды, мой отец и я обратились за помощью к Четвертому принцу, но… даже его подчиненные могли видеть. Прежде чем продать титул на право собственности, я хотела найти Его Высочество и поговорить с ним лично. Но меня отвергли, так что… — лицо Четвертого принца покраснело от злости. Она действительно посмела так говорить о нем! — очень трудно об этом говорить, но, пожалуйста, примите во внимание.
Слова девушки были лишь наполовину правдивы, но другие гости в зале были склонны верить всему.
Когда отец и дочь потеряли свой статус, почти каждый в столице был в курсе, не говоря уже о людях во дворце.
Если она сказала, что принц просто проигнорировал её, это может быть очень вероятно. Совсем ненормальная ситуация, но вполне могла произойти!
Поэтому, разумно сказать, что старшая мисс Мун не сделала никаких ошибок…
Император после этого посмотрел на своего Четвертого сына, выглядев при этом более величественно и отстраненно:
— Остин, хотя ты посвятил много усилий угодью, но, если бы ты годами не игнорировал свою юную невесту, она бы этого не сделала. Кажется, её День рождения будет через два дня, тогда же, когда и ваша свадьба?
