– Мама? А что дяди делают с нашими вещами? – все еще не понимая, что происходит, спросила Агата и обняла мать.
– Все хорошо, милая, все хорошо, – прижимая девочку к себе, ответила Ливия. – Видно, богам угодно, чтобы мы вновь страдали, но за что?! За что нам все это? Разве мы недостаточно вынесли, чтобы нас оставили в покое? Почему нас вновь наказывают?! Почему они милосердны к другим, но только не к нам?! Разве я мало им молилась? Чем моя семья хуже любой другой? – стенала Ливия, глядя на детей.
– Тук-тук-тук. Здрасьте, здрасьте! Соскучиться не успели, а? – с издевкой произнес мужской голос на фоне звука открывающейся двери.
– Ну, что вам еще надо? – тихо проговорила Анна. – Вы и так забрали больше, чем у нас было! Отстаньте, наконец, от нас! У нас больше ничего нет!
– Ну, это как посмотреть. Мне кажется, что мы взяли слишком мало за все то время, пока вы разоряли казну империи! А между тем с вас можно взять еще кое-что, – потирая руки, проговорил один из вошедших и стал снимать обмундирование.
– Бегите, дети мои! Спасайтесь через заднюю дверь! Анна, спасайтесь! – обреченно прокричала Ливия, а сама кинулась с кулаками на Константина. – Сволочь! Не тронь моих детей! Будьте вы все прокляты! Проклинаю вас!
Старшая дочь схватила за руки двух младших сестер и бросилась к спасительной двери. Тем временем Константин, на которого накинулась Ливия, одним ударом по щеке повалил ее на пол.
– Держи тех сук! Если сбегут, я с тебя шкуру спущу, Гай! А ты чего встал, Герман?! Давай, хватай их! – крикнул он другому солдату, который только что вошел внутрь дома. Сам же он, подойдя к Ливии, наклонился и так сильно прижал ее к полу, схватив за горло, что она стала хрипеть. Остальные солдаты кинулись в погоню, обнажив клинки. Правда, непонятно для чего им понадобилось хвататься за мечи. Странное чувство превосходства заставляет людей применять оружие даже в том случае, когда это просто нелепо.
Того времени, которое Ливия выгадала для своих дочерей, им хватило на то, чтобы немного оторваться от преследователей. Тяжело дыша, девочки петляли между высоких кустов. Ноги их не слушались: они были ватными от страха, но остановка могла стоить им жизни. Дети бежали, не чувствуя земли под собой, они бежали и плакали, спотыкались, падали, вставали и снова бежали. Анна, как могла, поддерживала сестер и тянула за собой в спасительные заросли.
– Сестренки мои милые, быстрее, умоляю, надо бежать! – но вместе с тем она понимала, что такими темпами далеко они не уйдут, а потому приняла решение залечь на землю, спрятавшись в высокой траве у соседей. Анна прижала к себе сестер, и они затаились в надежде, что солдаты их не найдут.
– Мама, милая мамочка, за что нам все это, – сквозь слезы шепотом повторяла маленькая Юлия, пытаясь подавить рыдания.
– Тише, прошу, тише, – гладя ее по голове и плечам, пыталась успокоить сестру Анна. Прижавшись к земле и немного отдышавшись, они стали прислушиваться к доносившимся до них звукам, стараясь распознать те, что представляли для них опасность. Испуганные глаза девочек бегали по сторонам, их тела застыли в напряжении, а уши ловили малейшие колебания воздуха. Вскоре где-то рядом послышались шаги и лязг доспехов.
– Гай! Твою мать! Что, так и будем здесь этих малолетних тварей искать?! Пойдем обратно, дел по горло! Надо домой еще попасть до заката!
– Да заткнись ты, Герман! Сейчас этих сучек найдем, и домой не захочется! Повеселимся!
Девочки почти совсем перестали дышать. Вслушиваясь в звуки, как никогда раньше, они переглянулись и поняли, что солдаты ходят где-то рядом: их шаги то отдалялись, то вновь приближались к ним. Испуг парализовал Анну. Она не знала, что делать и как выбраться из сложившейся ситуации, тогда как младшие сестры смотрели на нее как на спасителя. Сама она надеялась, что, не найдя их, солдаты уйдут и вскоре весь этот кошмар закончится. Через некоторое время девочки вновь услышали голоса солдат: они расспрашивали о них соседа, но мужчина только отрицательно мотал головой в ответ на вопросы, которые ему задавали солдаты. И хотя те в грубой форме объясняли ему, что за укрывательство он рискует своей жизнью, тот лишь недоуменно пожимал плечами и разводил руки в стороны. В этот момент Анна, оценив обстановку, посчитала, что солдаты находятся достаточно далеко от них. Она понимала: чтобы уйти от преследователей, им необходимо попасть на спасительное поле Корнелия, который точно не даст их в обиду. Для этого им всего-навсего было нужно взобраться на дерево, растущее неподалеку и своими ветвями, словно руками, простиравшееся через ограду, которая тянулась вдоль дороги. Это была их единственная надежда на спасение: так они успели бы добежать до друзей ее матери и попросить помощи у Кристиана, Ливерия и Корнелия. Старые сослуживцы их отца никогда не оставляли их беде – нужно было только преодолеть препятствие. Недолго думая, она шепотом рассказала свой план сестрам, и те в знак одобрения молча кивнули головами.
– Анна, а они нас точно не схватят? – со страхом спросила Юлия, глядя своими большими глазами на сестру.
