Молодой пилот аккуратно укладывал увесистые пластиковые обоймы с безгильзовыми патронами в зарядный бункер автоматической пушки. Компактное орудие на приземистой станине было надежно укрыто среди базальтовых глыб и дополнительно накрыто слоем сетки-хамелеона. Стоило отойти на несколько шагов, и его очертания становились почти неприметными на сером фоне. Вторая скорострельная пушка стояла с противоположной стороны укрепленной линии; в дополнение к ним у наемников имелось четыре тяжелых лучемета и единственная ракетная установка с боекомплектом в полторы дюжины снарядов. Не так-то много, но лучше, чем ничего, критически оценила Дамира.
Пренебрегая осторожностью, она по пояс высунулась над укрытием, окинула взглядом перепаханный взрывами склон. Короткая ночь заканчивалась, голубое солнце уже показалось над восточным горизонтом, и небо светлело на глазах. В набирающем силу утреннем свете разрушения, причиненные орбитальным обстрелом, производили особенно мрачное впечатление. На месте обширного леса осталось пепелище, изрытое глубокими кратерами. Отдельные древесные стволы, словно в насмешку, торчали над спекшейся землей – обугленные дочерна, покосившиеся. Пожаров, однако, Дамира не увидела – местный воздух был слишком беден кислородом, чтобы поддерживать горение.
Но у Дамиры не осталось времени осматриваться. Всего через несколько минут прозвучал сигнал тревоги, и на экране внутри шлема высветилась трехмерная тактическая схема. Как и в первый раз, маллурианцы начали штурм с воздушного налета. Снова атаковали четыре катера – видимо, за ночь маллурианцы успели подлатать и вернуть в бой подбитую машину. Они приближались на полной скорости, разрывая утреннее безмолвие ревом двигателей. Два летуна шли на бреющем полете, два держались выше. Ведущая пара первой открыла огонь, разом выпустив весь боекомплект. Стая дымчатых стрел сорвалась с пилонов по бортам и под крыльями боевых машин.
Часть реактивных снарядов взорвалась в воздухе на полпути к цели – импульсные лазеры-перехватчики, наводимые по лучу радара, исправно выполняли свою работу. Те, что не удалось сбить в воздухе, ударили в скалы. Большинство ракет были снабжены зажигательными боеголовками, и реки жидкого огня растеклись по горному склону. Прежде чем штурмовики повторили залп, Дамира неохотно ввела в дело последнюю ракетную установку. Она не особенно рассчитывала на успех, но удача улыбнулась наемникам: снаряд догнал один из воздушных катеров и разворотил ему крыло. Неуправляемая машина вошла в штопор, чертя в небе дымную спираль. От тонкого фюзеляжа отделялись клочья обшивки. Катапульта отстрелила пилотскую кабину, и красно-белый круг парашюта распустился высоко в небе. Падающий катер рухнул где-то за пределами видимости. Эхо взрыва далеко разнеслось над горами.
Как и следовало ожидать, ответный огонь маллурианцев немедленно накрыл ракетную установку и смешал ее с камнями. Потеря одного из воздушных кораблей не смутила остальных пилотов. Три катера на бреющем полете промчались над склоном, осыпав укрытия наемников бомбами и лучами. Один из взрывов прогремел так близко, что ударная волна подхватила Дамиру и отбросила на несколько шагов назад. Женщина не удержалась и вскрикнула от боли, когда ее приложило ребрами о камни. Осколки ударили по броне на груди и плечах. Если бы не прочный боевой скафандр, вряд ли она пережила бы такой взрыв. Сдерживая стоны и ругаясь сквозь зубы, она перевернулась, поднялась на четвереньки, и не без труда заставила себя встать. Перед глазами плясали цветные светлячки.
– Ты в порядке, командир? – Рин Мейз появился рядом, подставил плечо, но Дамира отмахнулась.
– Бывало и хуже. Как остальные?
– Синяки и ссадины. Повезло. Летуны убрались – похоже, расстреляли боезапас. Но пехота уже близко, командир. И с ними пара штурмовых скиммеров.
– Чего и следовало ожидать. Они, как и мы, не теряли эту ночь даром. Пока мы восстанавливали оборону, они подготовили к действию тяжелую кавалерию.
Дамира сделала шаг, другой. Ребра ныли, в левом плече пульсировала тупая, давящая боль, но ноги слушались, и этого достаточно. Командир наемников вернулась в укрытие за сложенными в форме подковы пластобетонными блоками.
– Ну, что застыли?! – орал на бойцов Мейз. – По местам! Шевелитесь быстрее, девочки, да головы над камнями не высовывайте, если не хотите их лишиться раньше срока! Оружие к бою, но не стрелять, пока они не подойдут…
Его голос потонул в гулких раскатах. Минометы маллурианцев снова напомнили о себе. Батарея была установлена за пределами видимости и била по навесной траектории. Маллурианцам явно не нужно было экономить боезапас. Взрывы сливались в непрерывный басовитый рев, и десятки дымных клякс запятнали воздух. Пронзительно свистела шрапнель, но укрытия наемников прикрывал от обстрела массивный каменный навес над сводом тоннеля, и минометы не могли до них достать. Ожесточенная пальба, как и прежде, производила скорее психологический эффект. Впрочем, и у наемников Дамиры не было оружия, способного дотянуться до вражеской батареи.
