Аннотация. Большинство французских эрудитов XVII в. стремилось в своих сочинениях превозносить и поддерживать французскую монархию, приветствуя ее восстановление после Религиозных войн. Это стремление воплощалось в демонстрации укорененности в прошлом истории современных им институтов, а также внимании к материальным остаткам прошлого как важным историческим источникам. С этими интеллектуальными процессами было тесно связано зарождение французского протонационального самосознания. Трактат Андре Дюшена «Древности и изыскания о городах, замках и наиболее примечательных местах всей Франции», впервые опубликованный в 1609 г. и переживший несколько переизданий, анализируется в статье как выдающийся пример эрудитского текста, целью которого было акцентирование внимания на величии французского королевства с опорой на исторические данные, географические описания и особенности французских институтов. Эта работа, пользовавшаяся наибольшей популярностью из трудов Андре Дюшена у его современников, объединяет важнейшие характерные черты как нового французского историописания, так и социокультурных идентитарных процессов, и интеллектуального обоснования развивающейся абсолютной монархии.
Ключевые слова: Андре Дюшен, Франция, древности, география, абсолютизм, Генрих IV, королевский историограф, королевский географ, эрудиты, XVII в.
Терентьева Екатерина Анатольевна, кандидат исторических наук, доцент кафедры истории Средних веков, Санкт– Петербургский государственный университет; 199034, Россия, Санкт-Петербург, Университетская наб., д. 7–9; e-mail: e.a.terenteva@spbu.ru
Эрудитский дискурс во Франции неотделим от процессов государственного строительства и социокультурных трансформаций во французском обществе раннего Нового времени. XVI–XVII столетия, на которые пришелся расцвет эрудитского интеллектуального течения, во Франции были временем одновременно строительства абсолютизма с его централизаторскими устремлениями и сохранения зримых региональных различий внутри королевства, существовавших не только в рамках языкового и культурного многообразия провинций, но и их политико-правовых особенностей. Несмотря на интерес эрудитов к региональным институтам и провинциальным линьяжам, эрудитское историописание во Франции изначально оказалось тесно связано с короной: сначала через прямое покровительство монархов, затем – оказавшись включенным в придворные структуры через должности королевских географов, историографов и историографов Франции[602]. В период Религиозных войн эрудитское мировоззрение, центрированное на идее французской монархии[603], дополнилось идеологией партии «политиков», которые, дистанцируясь от конфессиональных дискуссий и борьбы, видели высшее благо в прекращении гражданских войн.
Специфика эрудитского историописания заключалась в обращении к периферийным до того момента сюжетам, связанным с историей институтов, включая французскую монархию, церковь, чиновничество, а также генеалогические истории знатных семейств, географию и материальные остатки прошлого. В то же время разного рода «древности», материальные и нематериальные, имели для эрудитов не самостоятельную ценность. Они использовались в конструировании современного социокультурного и социополитического пространства: либо в качестве доказательства древности современного явления или объекта (того или иного института, или же знатности того или иного семейства), либо как консолидирующий фактор в рамках протекавших идентитарных процессов[604].
Независимо от религиозных убеждений и политических взглядов, французские эрудиты XVI–XVII вв. своими трудами самых различных жанров формировали образ своей страны как сильной державы с древней историей, притом, что обобщающие работы по древней и современной истории эрудитами создавались редко. Наиболее известное исключение в этом смысле – «История своего времени» Ж.-О. де Ту. Такую функцию выполняли даже те сочинения, которые на первый взгляд подчеркивали многосоставность французского королевства – такие, как истории отдельных провинций или региональных институтов, генеалогические истории крупных родов, провинциальные нобилиарии.
