Однако так продолжалось недолго. В Западной Грузии воцарился знаменитый государь Давид Строитель (1089–1125). Первые годы правления он посвятил борьбе с грузинскими князьями за объединение страны. Борьба увенчалась успехом, и тогда царь Давид начал наступление на сельджуков. Правда, это произошло уже в конце его царствования. В 1118 году Давид Строитель принял на службу несколько тысяч кипчаков (половцев), а сам женился на дочери половецкого вождя Шарукана. С помощью кочевников он разбил в 1121 году в битве на Дидгорском поле войска султана сельджуков, а через год освободил Тбилиси и перенес туда столицу страны.
Грузины не были жестокими людьми и позволили остаться в городе многочисленным мусульманам, с которыми долгое время жили бок о бок. Во время нашествия Джелаль эд-Дина потомки этих мусульман откроют ворота перед хорезмшахом…
Последними успехами Давида Строителя стали вторжения в Ширван и Армению. Первая из этих стран согласилась платить дань. Что касается армянских владений, то часть их с городом Ани была присоединена к Грузии. Так возникла на Кавказе православная империя – наследница Византии. Новая империя просуществовала сто лет.
Правда, это не означало, что грузины были сильны. Это говорило о слабости их противников. Грузия была ровесницей Византии. Это значит, что ей исполнилось больше тысячи лет, если началом «христианского» суперэтноса считать I век новой эры.
И всё же это самый блестящий век в истории Грузии. Преемники Давида – цари Деметре I (1125–1156) и Георгий III (1156–1184) – шли от победы к победе. Их главными противниками были
Своего зенита Грузия достигла при дочери Георгия III – царице Тамар (1184–1213). Властная женщина приняла под свое покровительство Трапезундскую империю византийцев на южном берегу Черного моря. Грузинские войска вторглись в Азербайджан, разбили войска
После смерти Тамар правил ее сын Георгий IV Лаша (1213–1222). При нем в страну вторглись монголы. Войска Субэтэя легко разбили грузин и ушли на север – в Кипчакскую степь. Сами грузины говорили тогда, что вторжение монголов прошло для них почти незамеченным. Монголы пронеслись по стране и исчезли, словно их не было. Грузины стали жить как раньше. Правда, Георгию суждено было царствовать недолго. Он умер тридцати одного года от роду. Этот царь был большой оригинал. Он влюбился в красивую девушку-простолюдинку и жил с ней. Церковь отказалась признать этот брак. Сын Георгия – Давид Улу – был признан незаконнорожденным. Впоследствии его возвели на престол монголы…
После Георгия правила его сестра Русудан (1222–1245), дочь царицы Тамар и одного из ее мужей – осетина Давида Сослана. При Русудан эпоха расцвета закончилась неожиданным крахом. После трех лет правления царица узнала, что в Азербайджан вторглись войска хорезмшаха Джелаль эд-Дина, который прибыл в Азербайджан из далекой Индии. Вскоре выяснилось, что мусульманский завоеватель готовится покончить с православным царством грузин.
Русудан отличалась легкомыслием и страстью к мужчинам. Грузинские вельможи подобрали ей супруга. Им стал юный турок, потомок Сельджука, сын правителя города Эрзерума. Жениха звали Давуд. Грузины выставили единственное условие: чтобы жениться на царице, молодой человек должен принять православие. Турок отрекся от своей веры и крестился. Для мусульман это была невероятная ситуация. Переход в христианство незначительных людей случался и раньше, но чтобы православие принял важный человек, мусульманский принц из рода Сельджуков, – такое произошло впервые. Это свидетельствует о могуществе Грузии. Соседи вынуждены были считаться с мнением православных царей. Но ситуация всё-таки выходила за рамки общепринятых обычаев мусульман. Знаменитый средневековый историк ибн ал-Асир посвятил этому событию целую главу в своем сочинении, красноречиво назвав ее «Страшный, бесподобный случай».
Взаимопонимания между Русудан и ее перешедшим в православие мужем так и не было. Как заметил бы Лев Гумилев, турок оказался жертвой контакта на суперэтническом уровне. Царица родила от мужа ребенка (мальчика назвали в честь отца Давидом), после чего откровенно пренебрегала супругом. Она влюбилась в одного из своих грузинских телохранителей. Муж терзался, ревновал, но ничего поделать не мог. Однажды он застал царицу спящей в объятиях грузинского любовника.
– Ты имеешь что-то против? – нагло спросила царица.
– Да, я не согласен с этим, – ответствовал турок Давуд на ломаном грузинском.
– Ну, как знаешь, – пожала плечами прекрасная Русудан.
