— Вот же черт! — я пребольно ударился ногой об разбросанные детали внутренней обшивки, ремонт, и тут шла приборка. Потирая ушибленное место, я услышал в открытом люке пола разговор, неожиданно заинтересовавший меня тем, что один из собеседников был женщиной.
— Немедленно прекратите это безобразие, я вам приказываю! — по моему это Михаил Фомин, старший артиллерист «Бородино». Признаться, я меньше всего хотел бы сейчас его видеть. Крайне неприятный тип, чем-то неумолимо напоминавший погрузневшего и бесформенного президента Новоамериканских Штатов. «Что он тут делает?» — подумалось мне, «— Ведь до подъема ещё целая уйма времени, и не дело совсем старшему артиллеристу лично проверять погреба».
— Вы, приказываете мне? — в этом я услышал столько пренебрежения, что буквально представил себе взгляд женщины, с презрением смотрящей на Фомина. А вот это уже интересно. Боль прошла и я, положив документы на пол, встал на первую ступеньку трапа, который вел в помещение хранения артиллерийских зарядов противовоздушной обороны правого борта.
— Конечно вам, или тут еще кто есть?
— Господин майор, позвольте мне закончить работу, мой наряд-заказ еще…
— Какой наряд? Дамочка, Вы в своем уме? Это боевой корабль, а не ателье, извольте покинуть помещение.
Мне оставалось еще четыре ступеньки, но что-то уже явно вышло из рамок обычного разговора и перешло в плоскость агрессии и ненависти.
— Что вы делаете, отпустите меня — женский голос выдавал нотки страха — немедленно отпустите, слышите?
В этот момент я спрыгнул на палубу. Моим глазам предстала следующая картина: майор Императорского Флота тащил к трапу девушку в светлом комбинезоне техника, ухватив ее за запястье. Та, упираясь, пытается вырвать руку, но где там. Вовремя я.
— Господин майор, потрудитесь объяснить, что здесь происходит, и покороче, у меня мало времени.
Старший артиллерист не ожидал увидеть в недрах «Бородино» своего нового командира. Майор относился к поколению «стариков», которые перед нашим уходом за Темную линию сойдут с корабля. Да и к тому же считал меня «мальчишкой», получившим должность благодаря блату или своему «типа особенному рождению». Все это мне передал Костя, когда мы отмечали мои эполеты каперанга в баре Ригель-2.
Воспоминания пролетели как один миг. Вспомнив тот разговор в баре, однако же, взяв себя в руки, я спокойно повторил.
— Господин майор, потрудитесь объяснить, что здесь происходит, и покороче.
Признаться это стоило мне огромного труда, потому, что девушка, которую тащил Миша Фомин за руку — была Наташа. Да, та самая моя знакомая из прогулочного катера, которую я вспоминал только пару минут назад. Симпатичная русоволосая девушка с выразительными серо-зелеными глазами.
— Господин капитан первого ранга — начал свой доклад старший артиллерист — мне доложили что…
— Отпустите техника, или Вы боитесь?
Я посмотрел на Наташу, увидев знакомое лицо, она успокоилась, и попыталась поправить непослушную прядь волос, выпавшую из-под берета.
— Не понял? — на лице Фомина я увидел выражение нескрываемого раздражения.
— Девушку отпустите, и ступайте со мной на мостик — Вам ясно?
— Но я хотел…
— Я уже видел, что вы хотели, следуйте за мной.
Сверкнув злыми глазами на свою жертву, майор тяжело протопал мимо меня и пулей вылетел из орудийного погреба.
— С Вами все в порядке?
— Да, спасибо, господин каперанг, разрешите мне закончить здесь работу?
— Да, естественно. Наряд — заказ закрывает старпом? — уточнил я.
— Так точно, но мне еще нужно три или четыре часа.
— Хорошо, выполняйте — я козырнул и пошел к трапу.
Она на корабле, какое счастье, значит, мы еще увидимся, в этом я не сомневался ни секунды. Сердце радостно ухнуло и погнало кровь с огромной скоростью, вероятно, это всё отразилось на моем лице, потому, что на щеках моей старой знакомой вспыхнул румянец, и она неожиданно отвернулась, и пошла к автоматам заряжания.
На палубе красный как рак после кастрюли, меня ожидал, господин старший артиллерист.
Подняв с пола документы, я повернулся и встретил ненавидящий и презирающий взгляд.
Фомин, сделав шаг, вплотную приблизился ко мне и прошипел:
— Ты что это о себе возомнил, сопляк, меня дворянина в…
Закончить я ему не дал, короткий размах, удар и дворянин в каком-то там поколении дико выпучив глаза и ещё пытаясь что-то сказать, кулем свалился на пол палубы. Беспомощно открывая и закрывая рот пытаясь хоть немного вдохнуть. В этот момент он был похож на пучеглазую рыбу, выброшенную на берег.
