Рядом с этим человеком невозможно было чувствовать себя комфортно. Строгость и власть невидимой дымкой окутывали его, как бы предупреждая посторонних, кто перед ними находится. Вивианна очень сомневалась в том, что этот человек может смешаться с толпой. Потому что люди неосознанно, но старались бы сохранить определённую дистанцию. У него не было шрамов или груды мышц, которые могли бы напугать первого встречного, но в одном лишь взгляде, этого с виду безобидного человека, читалась опасность в самом чистом виде из возможных.
"И это мой дядя?" - Пронеслось в голове у Виви.
- Всё несколько усложнилось, о чём я и собирался сообщить после Вашего возвращения.
В стрессовых ситуация мозг Виви работал молниеносно. Она знала, что какую бы историю Инар не поведал императору, он будет им недоволен. Потому что лорд посмел ослушаться его. Когда в голове у Виви уже сложилась сносная, сотканная из первосортного вранья история, в которую император мог бы поверить, его взгляд остановился на ней. Сначала на её волосах, а после на форме носа. Она сразу поняла, что происходит. Он видел её сходство с Жевьевой. Вивианна услышала, как участился его пульс и кровь слишком быстро понеслась по венам. Не нужно было быть экспертом, чтобы понять, что ему всё ещё было больно. Как бы тщательно он это не скрывал, но его сердце всё ещё болело.
Она вспомнила историю своей матери и тонны лжи, которой годами была окружена её жизнь. Виви всё ещё ощущала тепло руки Инара. Она отчётливо осознала, что не хочет начинать их жизнь с вранья всем вокруг. По её собственному опыту было хорошо известно насколько плачевно всё может закончиться. Лорд уже начал свой рассказ, когда глупейшее решение пришло в её голову само собой. Она заранее посмотрела на Инара, понимая, что если всё обойдётся, он сам её убьёт.
- Проблема в том, что моей матерью оказалась Жевьева Сапиэнт, - перебив его, быстро произнесла Виви. - Поэтому Инар и посчитал нашу свадьбу не разумным событием. Он хотел, чтобы я предстала перед Вами свободной от любых обязательств.
Ни единый мускул не дрогнул на лице этого несгибаемого человека. Вивианна решила бы, что эта новость никак не затронула его чувства, если бы не слышала его сердце, которое пропустило удар.
- Докажи.
Сколько всего было намешано в его голосе! Но злость и тревога не смогли заглушить едва заметной надежды.
- Кроме цвета волос и формы носа у меня не осталось от неё почти ничего, - Инар так сильно сдавил её руку, но молчать было уже слишком поздно.
Она подошла к брату своей матери и протянула ему медальон, который всегда носила с собой. Без внешнего интереса он раскрыл его и увидел Тиаса и Жевьеву Бамаретт. Если бы над храмом грянул гром, император даже не заметил бы. Он смотрел то на потрет своей сестры, которая на нём была уже значительно старше, чем при их последней встрече, то на Вивианну. Он будто пытался удостовериться в очевидном сходстве, но так и не смел поверить.
- Оцепить храм, - его негромкий приказ был услышан теми, кому он был адресован. Ворота тут же закрылись, оставляя на своеобразной белоснежной сцене лишь три главных действующих лица.
- Инар, ты получил доказательства её словам?
- Да. Вивианна Бамаретт Ваша племянница.
Вивианна взмолилась всем духам, чтобы Инар не сделал глупостей и подыграл ей. Она готова рассказать императору всю правду, но только не о том, что его будущий советник решил скрыть факт о том, что ей удалось выжить. Бывшая королева прекрасно знала, что такое власть. Как бы император к нему не относился, после такого он никогда не сможет ему доверять. Любовь не является достаточным основанием для вранья своему сюзерену.
- Где Жева? - Император вновь придал своему голосу строгость. - Я хочу знать всё.
Вивианна, зная что эта история затянется надолго, глубоко вздохнула, чтобы вновь собраться с мыслями. Прежде чем отпустить руку Инара, она ободряюще сжала её, будто говоря: "я знаю, что делаю". Хотя это было правдой лишь отчасти. Благодаря суждениям Инара, она успела сложить своё собственное впечатление о стоящем перед ней человеке. Она знала, что его угрожающий вид лишь ширма. Ширма, за которой скрывается обычный человек. Со своими горестями и трагедиями. Человек, в жилах которого текла та же кровь, что и у неё самой. Виви верила, что её мама хотела бы, чтобы этот разговор состоялся. Как сама Вивианна, окажись она в такой же ситуации, хотела бы, чтобы её ребёнок принёс покой в сердце Доната.
Она начала свою историю с самого начала. К сожалению, Виви не могла убрать все кровавые детали прошлого, потому что они были его неотъемлемой деталью. Когда рассказ коснулся гибели Жевы несгибаемый лидер обратился в обыкновенного человека. Он стойко перенёс эту новость, но Виви знала, что до этой секунды в его душе всё ещё жила надежда. Надежда, которой больше не было. Чтобы хоть как-то утешить его она поведала о гибели Магдана и наказании для Мироса.
