— Наши дружины должны быть нацелены на ворота. — Заключил Великий князь. — На каждые ворота по тысяче воинов. Дружинники будут идти за фалангой и катить пороки с баллистами. С расстояния в две сотни шагов баллисты начнут стрелять по воротным башням. Я не пожалел денег и закупил в Царьграде 10 бочек с греческим огнем. Из него нанятые мною греки изготовили 12 баллист и 600 снарядов к ним. По 50 снарядов на каждую баллисту. Командовать расчетами баллист будут греки. Баллисты закидают снарядами все пространство за воротными башнями и сами башни, а дружинники пороками выбьют ворота.
У всех мужиков в фалангах имеются топоры, правда, у большинства — плотницкие. Все мужики должны дружно лезть на стены, что бы отвлекать противника от защиты ворот. На каждый десяток ополченцев нужно поставить дружинника, чтобы командовал ими и не давал им разбегаться. Бояре пусть командуют сотнями ополченцев.
На том и порешили. Затем князья распределили между собой командование. Мстислав Владимирович взялся командовать центральным полком фаланги, Ярополк Владимирович — полком левой руки, а Святослав Владимирович — полком правой руки. Сыновья Великого князя взялись за самое трудное дело.
Князья Глеб Всеславич, Давыд Игоревич и Володарь Ростиславич взялись возглавить дружины, штурмующие ворота. Сам Великий князь оставил за собой общее руководство штурмом. Давыд Всеславич принял командование резервом — отборной тысячей дружинников. Согласовали сигналы управления великой битвой, от которой зависела судьба Руси.
Всего в княжеском войске было 27 князей — рюриковичей.
Следующий день у руссов заняла подготовка штурма: назначение командиров ополчения, формирование десятков, сотен, тысяч и полков фаланги, заготовка лестниц.
Судьбоносная для всей Руси Черниговская битва началась в 6 день июля месяца 1117 года от Рождества Христова. Погода сражению благоприятствовала. На небе — ни облачка.
Едва утреннее солнце воссияло над горизонтом, в лагере руссов взревели трубы. Весь лагерь зашевелился, как разворошенный муравейник. Через два часа из лагеря выступила первая колонна пехоты. На этот раз пехота соблюдала какое-то подобие строя. Во главе колонны в окружении дружинников ехал на коне один из князей. Над ним развевался княжеский стяг. Когда полки выходили через горловину между оврагами, наблюдавшие за руссами с донжона военачальники россиян насчитали 15 воинов в шеренге. А в длину колонна состояла примерно из 500 воинов.
Пройдя между оврагами, колонна пошла на юго-запад вдоль оврага, впадающего в Белоус, затем повернула на юго-восток вдоль реки. Колонна растянулась на три километра по берегу Белоуса. Ее голова остановилась напротив западной стены крепости и рассредоточилась в глубину метров на сто. Князь с охраной оттянулся из головы в середину колонны, заняв место за ней.
Вторая колонна также повернула направо, растянулась вдоль оврага, впадающего в Белоус и сомкнулась с хвостом первой колонны. Третья колонна пошла влево и выстроилась вдоль оврага, впадающего в Стрежень, также рассредоточившись. Возглавлявшие колонны князья также заняли позиции за фалангой.
Фаланга окружила крепость полукольцом на удалении в три версты от стен. Строй фаланги был не классическим плотным, а рассыпным. Русские князья сделали правильные выводы из позавчерашней разведки боем.
Следом за пехотой из лагеря стройными рядами выступили в пешем порядке дружинные полки. Следовавшие с ними конные упряжки тащили пороки и баллисты, установленные на колеса. Три дружинных полка заняли места за фалангой напротив трех крепостных ворот. Над этими полками также реяли княжеские стяги. Все построение заняло более двух часов. Зрелище было замечательное. Особенно хороши были сверкающие на утреннем солнце сталью доспехов дружинные полки.
Один конный полк дружинников, численностью в тысячу примерно воинов, остался стоять в горловине между оврагами. Княжеского стяга над ним не было. Зато, самый большой штандарт продолжал развиваться на холме над опустевшим лагерем руссов. Под штандартом стояла группа всадников, блестевшая уже не серебром, а золотом доспехов. Очевидно, там находился сам Великий князь.
Ширванские пешие полки заняли те же позиции, что и позавчера. Арцахский и Шемахинский конные полки еще доподхода княжеской армии к городу ушли в дремучие леса за Белоусом и Стрежнем, выставив наблюдателей на опушках. Теперь они выдвинулись к опушкам лесов в полном составе, готовясь атаковать княжеские войска с тыла.