— Возможно, если знать, о чем обычно думают люди, — произнесла Сарковски, оторвавшись от датапада. — Чаще всего на чтение мыслей задают такие вопросы: каким образом он это делает и возможно ли от этого скрыться. Первый вопрос вы не задали бы, поскольку знакомы как минимум с одним Одаренным, следовательно, вы знаете, как можно читать мысли. Поэтому остаётся второй вопрос — самый вероятный. Ответ милорда это доказывает. Умный человек сопоставить эти сведения. Так что Сила тут не при чем.
Сказав это, она опять принялась что-то читать на датападе. Только видно было, что сейчас ей не до чтения, особенно под пристальным взглядом Эвана.
— Верное замечание, — протянул он.
Хан буквально чувствовал, как между Никанэ и Сарковски возникло напряжение. Эти двое явно с трудом терпели присутствие друг друга.
Вдруг девушка вскинула голову и посмотрела в сторону пилотов.
— Коул, переведи энергию на резервный двигатель.
Проигравший пилот кивнул и быстро что-то переключил на панели. Соло почувствовал, как корабль стал лететь более плавно и тихо.
— Никогда не видел, чтобы девушка разбиралась в кораблях, — усмехнулся Хан.
— Не всем же по галактике носиться и устраивать восстания, — спокойно ответила Сарковски, продолжая читать что-то на датападе.
— Но и не называться великим пилотом, сидя в кресле и отдавая другим указания, — язвительно парировал Соло.
Послышался щелчок. Все взгляды устремились на Мерфора, что демонстративно поднял бластер.
— Знай своё место, — прошипел адъютант; тень от кепи падала так, что его лицо потемнело, а шрам, наоборот, стал казаться светлее.
— Мерф, это лишнее, — сказала Сарковски. — Милорд, позволите?
— Конечно, — кивнул Эван.
Женщина поднялась и ушла в свою каюту.
Хан понял, что сказанные им слова задели её за живое, хоть она этого никак и не показала.
— Пусть птица осталась без крыльев — птицей она от этого быть не перестанет, — спокойно произнес Никанэ. — Она больше никогда не сядет за штурвал корабля. Видели прибор у неё на поясе? Он поддерживает нормальную работу сердца, без него она долго не проживет.
— Тогда как она стала одним из величайших пилотов в галактике? — изумился Хан.
— Когда-то и крайт-драконы, прежде чем опуститься на землю, парили в небесах. Она по праву заслужила звание лучшего пилота. Жаль, что ненадолго.
— Хотел бы я хоть на одну сотую летать так же, как она, — тихо выдохнул один из пилотов и потянул на себя рычаг. — Выходим в пространстве системы Джеонозис для настройки следующего гиперпрыжка.
— Приземляйся на планету, — вдруг сказал Эван.
Хан удивлённо посмотрел на него и заметил, что сидящий неподалёку Мерфор был удивлён не меньше.
— Милорд? — переспросил другой пилот.
— Великая арена, — добавил он, закрыл глаза и склонил голову набок. — Надо подобрать заплутавших пассажиров.
*
— Зачем я тебя послушал?! — истерически кричал Зевулон. — Зачем ты увязался за мной? Почему я не бросил тебя на Татуине? Лучше бы я стал рабом Хатта… Нет, лучше бы прыгнул в пасть сарлакка с разбегу! Но такое!
— Да заткнись уже, истеричка! — рявкнул Ведж и тут же получил тычок в бок острой пикой.
Джеонозиец крутился вокруг него, как мотылёк возле костра, размахивая пикой и стрекоча что-то на своём языке.
Вокруг Вирса крутились ещё двое, постоянно трогая привязанного к столбу повстанца за руки и ноги. Один начал трогать его лицо. Зевулон пытался вырваться, но джеонозиец зашипел на него и отлетел в сторону.
— Нам конец, — с надрывом протянул мужчина. — Умереть в окружении таких уродов…
— Ну спасибо! — воскликнул Ведж.
Джеонозийцы сошлись вместе и стали что-то обсуждать. Судя по их стрекотанию, между ними развязался спор.
— А ты говорил, что их всех истребили, называл меня параноиком…
— Вирс, заткнись. И без тебя тошно.
— Раз мы все равно скоро умрем, я хотел сказать…
— Хватит трепаться!
Антиллес с силой потянул цепь. Он планировал подняться как можно выше и тем самым выиграть время. Тем более, что в кармане у него лежит складной нож, — можно было бы сломать замок. Но цепь явно не разделяла его планов, а потому с треском сорвалась, вырвав петлю, на которой держалась. От неожиданности Ведж замер, но когда на него двинулись джеонозийцы с пиками, он вдруг сорвался с места и побежал, собирая на ходу цепь.
— А мне что, тут подыхать?! — крикнул Вирс и потянул свою цепь, но та явно крепче держалась за свою петлю.
Ведж все ещё убегал от джеонозийцев, на этот раз с цепью в руках. Вот только под ноги он не смотрел, а потому споткнулся о камень и упал. Аборигены окружили его и начали бить обратными сторонами пик. Один из них потащил цепь и замахнулся было для удара…
— А ну отвалили от него, мухи помойные! — закричал Зевулон, нагло подпрыгивая на месте и все ещё пытаясь сорвать цепь. — Что уставили свои тупорылые морды, саранча трухлявая? Попробуйте меня достать!