— Мы не ходили внутрь храма и даже во двор. Из жрецов никого нет, а без них мы боимся. Я поставил неподалеку стражу, чтобы никто самостоятельно не проходил туда.
— Один из жрецов здесь, со мной, — проговорил Амару, указав на Чикоме. — Мы сейчас с ним пойдём в храм.
Коас хотел возразить, но благоразумно промолчал.
Чикоме с Амару отправились туда. Тайп чуть было не увязалась с ними, но Амару попросил её пока не ходить:
— Вдруг он там, — прошептал Амару ей на ухо. — Не ходи со мной.
— Так потому и хотела пойти, — прошептала она в ответ, — а если его нет, зачем я там буду нужна?
Но Амару не дал Тайп пойти следом, приставив Котов охранять её.
Чикоме с осторожностью подходил к храму. Во дворе стояла жуткая вонь от трупов чужаков и их лошадей, почти полностью разложившихся. Амару порадовался, что Тайп не пошла с ними. Внутри храма было не лучше. Они обошли всё. Залы, комнаты, кладовки и камеры для пленников. Нигде никаких следов присутствия Привратника. Разглядывая медную плиту, Амару с интересом произнёс:
— Интересно, как она устроена?
— А мне не очень, — ответил Чикоме, скривившись. — Один уже поинтересовался.
— Ты думаешь, что Привратник ушёл назад или бродит где-нибудь за пределами города?
— Не знаю. Откуда мы с тобой это можем знать? Но, что здесь его нет, уже хорошо. Я бы нипочём не хотел увидеть его снова.
Амару кивнул головой.
Они вышли наружу, и Чикоме заглянул в бассейн. Тото был жив, и как показалось Чикоме, с надеждой посмотрел на него.
— Надо принести ему мяса, — произнёс Амару. — Он ведь не ел всё это время.
— Тото может долго не есть, — ответил Чикоме, — но ты прав, ему стоит что-то принести. Он всё-таки остался жив.
Они вышли за пределы храмового двора, но никак не могли избавиться от жуткой вони, казалось пропитавшей их насквозь. Они шли по улицам, и Амару удивлялся, что люди не шарахаются от них. Он сказал об этом Чикоме.
— Это ты надышался этой дрянью, вот тебе и кажется, что воняет всё вокруг, а на самом деле другие ничего не слышат. Запах внутри тебя.
Амару с удивлением посмотрел на него:
— Я не думал, что так бывает.
— Ты мало что видел, парень. Хоть и стал императором. Лучше скажи, что собираешься делать?
— Несколько дней побуду здесь, а потом думаю отправиться в Канбе.
— Я думаю, что это плохая идея. Извини, но я говорю то, что думаю. Лучше бы тебе остаться здесь, а к наместникам послать гонцов. Так будет значительнее. Не подобает императору ездить по провинциям с визитами. Все, кто нужен, должны спешить к нему, как на крыльях, и горе тому, кто проигнорирует вызов. Наместники, наверное, отбились от рук, и подумали, что они самостоятельны. Надо убедить, что они ошибаются. Очень ошибаются.
— Пожалуй ты прав, Чикоме, — проговорил Амару неохотно. — Так будет лучше.
— Конечно, лучше. Если им придёт в голову тебя казнить, то в Мауле это сделать им будет потруднее. Но и тебе надо их встретить, как подобает. Хорошо бы торжества по случаю возвращения устроить. И народу раздолье, и на наместников впечатление произвести. Надо, чтобы они не особо были в курсе, что дела не очень. Пусть думают, что ты явился с великой победой. К победителям примыкают охотнее, чем к тем, кто пришёл о чём-то просить.
С этим Амару тоже согласился.
Дворец правителя был приведен в порядок, и Неомони разглядывала список тех, кого Амару намерен был пригласить. Он был не очень большой. Только самые значительные семейства со всего Мауле. Многие из них отсиживались в стороне, когда убили Туно, выжидая, что будет дальше. Теперь, настало время определиться.
Облачные Воины оцепили дворец заранее. Коты заполнили залы, за исключением главного. Слуги накрывали огромный стол из черного дерева. Гостей ожидалось немного. Приглашения, по совету Бойнеда, доставили Коты. Чтобы никто не мог потом сказать, что он не получил его. Это заняло больше времени, чем передача со скороходами, но Амару не хотел ошибиться.
Как ни странно, первым прибыл Гасси Макх. Наместник Канбе, казалось, был рад приглашению. Его встретил Бойнед и провёл к Амару. Гасси с порога успел заметить венец на голове Амару. Это был венец императора Кинто. Неомони настаивала, чтобы он надел венец Тинсу, но Амару заартачился. Он ценил венец Кинто намного больше, чем всё остальное. Хоть за этим венцом стоял только Забытый Город и горсточка Облачных Воинов, а за венцом Тинсу громадные земли империи. Но император Кинто претендовал на всё, хотя это и не нравилось Неомони. Гасси понял, что значит этот венец.
Они обменялись любезностями, и Гасси выразил соболезнования по поводу смерти Туно Тарегана. Амару принял их с печалью на лице, но тут же перешёл к делу:
— Я предполагаю занять место правителя Мауле, но это не всё. Теперь я император Тинсу и Кинто. Я хочу объединить их с Мауле. Что ты скажешь на это, Гасси?!
Гасси молчал в раздумьях. Он был как бы и не особо против, но его тревожило мнение Баджа. Гасси понимал, что дробить страну, когда идёт война, это полнейшая глупость, но Бадж давно хотел отделиться, ещё при правлении Туно, и Гасси полагал, что он вряд ли поддержит Амару.