Но рассуждая о походе, он не забывал наполнять чашу, и к рассвету, Беренгар спал, сидя в кресле, установленном здесь специально для него. Чаша выпала из рук, и остаток вина из неё, выплеснулся под ноги. Он что-то бормотал во сне. Солнце осветило город, и чайки стали расхаживать по крыше. Беренгар захрапел, и птицы, захлопав крыльями, умчались прочь. Тонкая струйка слюны стекала по его подбородку, всклокоченные чёрные волосы дрожали на ветерке. Беренгар с трудом открыл глаза, и потёр их рукой. Нехотя встав, он направился вниз.
Розовые отблески заката освещали серые холмы. Вглядываясь в них, Керро внимательно изучал каждую складку местности. Никаких признаков орудий или даже наблюдательных постов. Он покачал головой, презрительно и негодующе. «Марриоссцы расслабились совсем, — подумал он даже с сожалением, — просто позор!».
Керро указал на холмы Паччу, и тот отправил туда несколько воинов. Дожидаясь их, они лежали в густой траве, растущей в стороне от дороги. Керро грыз соломинку, опустив шляпу вниз. Пачч лежал молча, глядя вдаль. Керро подозревал, что он видит лучше, чем любой из остальных в подзорную трубу.
— Я слышал, что ты хочешь взять землю, — тихо произнес Пачч, — в таком случае тебе следует жениться. Лучше всего сразу на нескольких, ведь император обещал тебе золото. В Шунне хорошие женщины. Они выращивают там целые поля.
Керро чуть не подавился соломинкой:
— Ты что, Пачч?! Чтобы я женился только из-за того, чтобы не работать на земле? Ну уж нет. Если у меня будет золото, то я просто найму работников. От жён одни неприятности.
Пачч задумчиво кивнул:
— Насчёт неприятностей, ты прав. Но и без женщин тоже нельзя жить, если уж ты решил осесть на земле. Нанимать работников постоянно — это глупо. Рабов нынче тоже дорого купить, да ещё и нужно за ними смотреть, чтобы не сбежали. Ты хорошо подумай. Женщины обойдутся дешевле.
Керро потряс головой:
— А ты, Пачч, чем займешься, если мы захватим побережье? Отправишься к себе в эту жуткую крепость?! Так ведь император сказал, что воевать всё равно будет нельзя.
— Император не захочет отпускать нас назад, — проговорил Пачч в раздумьях. — Слишком много погибло наших воинов, а ему нужны надёжные люди. Ты же сам видишь, кто окружает его. Тот старый теки ещё неплох, да Бойнед. Остальные, в любой момент предадут его. Императору нельзя без Облачных Воинов. Никак нельзя. Может он захочет перенести столицу в Кинто? Как думаешь?
— Вряд ли, — Керро с сомнением ответил ему. — Что делать в том месте? В Тинсу ведут все дороги. Она центр всему. Тот странный город больно далеко от остального. Может император и разместит в нем гарнизон, но столицей он если и станет, то только по названию. Все вертится вокруг нынешней столицы. Тот город был хорош в своё время, а теперь ему не вернуть своё значение. Я так думаю.
Пачч печально вздохнул:
— Значит придётся оставаться здесь. Хоть мне не нравится Тинсу. Как будто гнездо горных пчёл, когда его тронешь. Людей столько, что нет им конца, и все глазеют на нас. Если бы не запрет императора, то на многих стоило бы испытать копьё.
— В этом ты прав. Некоторые так и напрашиваются. У нас в Марриоссе, уже давно бы я отрубил головы за такие взгляды.
Пачч кивнул.
Вернулись Облачные Воины. Никаких признаков людей в холмах не было обнаружено, и Керро повёл остальных обратно к реке. Одна из лодок отправлялась назад, неся гонца со сведениями, а остальные скользили вниз по течению. Лодки были тяжело нагружены. Хозяйственный Керро прихватил несколько лёгких орудий под Чинни, поражаясь беспечности оставивших их. Зарядов было немного, но всё же Керро чувствовал себя увереннее. Он знал, скольких трудов будет стоить взять хоть один корабль, и морщился при мысли об этом. Но красная земля на склонах холмов манила его. «Надо будет занять побольше места, — раздумывал он, глядя в мутную воду реки. — Там можно сделать отличные террасы».
Рыба всплеснула, выпрыгнув из воды, и Керро отвлекся от мыслей. Ночь окутала реку, и лодки плыли очень осторожно. Первой из них, правил Витзи, хоть Керро и предлагал старику остаться в лагере императора. Но тот отказался наотрез, и хотя Керро поуговаривал его для вида, всё же был доволен, что так получилось. Только этот старик знал Тарау. Остальные гребцы не ходили дальше границы Тинсу.
Вскоре река начала становиться всё шире, и Витзи стал править к одному из берегов. Близилось устье, и выйти в море должна была пока только одна из лодок. Керро приготовил арбалет, и помолившись Творцу, подал знак Витзи. Лодка заскользила быстрее, и запах океана ударил в лицо. Вдали, едва освещённая убывающей луной, виднелась гавань. Увидев сколько в ней кораблей, Керро тяжело вздохнул. Он приоткрыл масляную лампу, подавая сигнал. Лодки одна за другой присоединялись к ним.