— Это небольшая проблема, брат, — ответил Айден уже спокойно. — Офицеров, чтобы управлять, у нас достаточно, а матросов можем набрать из местных жителей. Благо они не совсем бесполезны в море. Они умеют обращаться с малыми кораблями, значит способны обучиться и на наших. Я не оставлю этому тупице и палубной доски. С завтрашнего дня, я сам буду набирать команды. Всё корабли наших братьев, уйдут с нами.
Хранители зашагали прочь, и Беренгар, глядевший на них из окна, расхохотался:
— Проклятые чёрные стервятники! Им не терпится снова нарваться на неприятности. Это же надо иметь такую наглость! Потерпеть поражение от кучки дикарей, и ещё требовать с меня помощь!
— Я не думаю, что это была кучка дикарей, — проговорил хриплый голос Феррао. — Я видывал, как сражаются Хранители. Если кто-то разбил их так, что прибежали только эти, то там целая орда дикарей. Ты же сам помнишь, каков один Теобальдо. В том сражении, под Вальруте, его отряд разбил проклятых белоголовых начисто. А они были опаснейшим противником. Стоит всё же выслать разведку, Беренгар.
Беренгар хмуро поглядел на него, раздумывая. Феррао подчинялся ему по доброй воле, и если бы его люди решили принять сторону Хранителей, то Беренгар отправился бы на казнь, скорее всего. С ним не стоило шутить, и Беренгар ответил ему нехотя:
— Если ты так считаешь, то значит стоит. Отправь, кого сочтёшь нужным, хоть я и не верю в то, что дикари решаться напасть на нас. Им нет дела до этой страны. Хранители ворвались на их земли, потому дикари и сражались храбро. А эту страну я покорил, и с тех пор никто не пытался это оспорить.
Беренгар, умышленно, в своём рассказе, лишил Изандро заслуг по взятию Тарау. Феррао промолчал, но хорошо понимал, что без Хранителей, Беренгару было бы не видать такого результата. Он попрощался с Беренгаром, и забрав своих людей, вышел на площадь перед дворцом. Окинув взглядом сопровождающих, он обратился к одному из них:
— Не слушай этого дурака, Янник. Он просто свинья, дорвавшаяся к корыту похлёбки. Тот, кто разбил Хранителей, очень опасен. Если то, что говорил Беренгар о пропаже всех отрядов, ушедших вглубь суши, имеет хоть небольшую часть правды, то мы имеем дело не просто с дикарями, как он себе возомнил. Утром, ты возьмёшь с собой человек тридцать на разведку, и проедешь за пределы этих земель. Мы должны знать, что происходит. Но будь осторожен. Очень осторожен.
Длинноволосый Янник, высокий и худой, как жердь, кивнул ему. Он воевал под началом Феррао уже пятнадцать лет, и доверял ему больше чем себе. Если Феррао что-то говорит, то к этому следует прислушаться. Завернувшись в синий плащ, он потопал к двухэтажному зданию на другом конце площади. В нём располагались его люди, а прямо за ним, в бывшем храме, устроили конюшню. Осталось несколько часов сна до того момента, как придётся отправляться, и Янник хотел воспользоваться ими.
Феррао поглядел ему вслед. «Что не говори, а на этого парня всегда можно положиться» — подумал он. Из тех, с кем Феррао начинал свой долгий путь по бесчисленным войнам, остались только Янник и Дуарте. Все остальные, уже давно покоятся в земле или бескрайнем океане. «И только им можно доверять, — кивнул он в такт своей мысли. — Только им двоим из этой кучи сброда».
Феррао тяжело вздохнул и зашагал прочь от дворца. Там, у самого берега, в брошенном доме богатого купца, расположился он сам. Идя по темной площади, Феррао споткнулся о камень, и выругался. Настроение было скверное. Он рассчитывал на золото, а приходится терпеть этого тупицу Беренгара. «Ничего, — подумал он, — после разведки Янника, всё станет яснее, и если этот дурак будет мешать, то я просто отрублю ему пустую голову». Успокоившись немного, Феррао принялся насвистывать марриосскую песенку, и тёмная дорога уже не раздражала его.
Беренгар, едва дождавшись, когда люди Феррао уйдут, отправился наверх. Он скупил всё вино, которое новоприбывшие согласились продать, не торгуясь. Золота у него теперь было вдоволь. Ухмыляясь, он затопал сапогами по покрытой коврами лестнице, ощущая себя истинным владыкой Тарау. Тиот уже давно не жил во дворце, отправившись в дом к одному из своих родственников. Он исправно доставлял деньги для Беренгара, стараясь как можно меньше попадаться тому на глаза.
Золотые Девы Беренгару надоели, и только вчера он прогнал последнюю из них. Он поднялся на плоскую крышу дворца, прихватив с собою полупустой бочонок с вином, и уставился на звёзды. Ему было скучно. «Зря я всё-таки прогнал Хранителей, — подумал он. — Лучше бы я сам отправился с ними в поход. Сколько можно торчать в этой дыре?».