– Большой, не то слово! – кивнул Стрельников. – Таких крабов даже на Дальнем Востоке не изловишь. Полметра в диаметре, не меньше.
– А где наш проводник? – проговорила Даша.
– Сгинул пасюк!
– Там, когда мы летели… Мне было очень страшно. – Мне тоже, – признался Малышев. Он подергал себя за мочку уха, заложенность постепенно проходила.
– Рядом прошли… – задумчиво сказал Стрельников. – Будто ладошкой смерть погладила.
Даша вздрогнула. Точное сравнение. Не хочется застрять в безвременье. Она нащупала серебряные монеты. Прикосновение к металлу успокоило. Они живы, они вместе. Куда-то исчез проводник, но все образуется.
– Все образуется! – сказала она вслух.
– Какая необычная картина! – Малышев показал на небо.
На небосклоне зависли два солнечных диска. Один – огромный, изжелта-белый, как платиновая медаль, другой – розовый, плоский, словно непропеченный блин. Вровень с линией горизонта мерцала ущербная луна, знакомые очертания ухмыляющегося черепа, провалы черных глазниц на рябом лице. В точке слияния неба и земли плыли миражи. А совсем рядом, примерно в полукилометре, раскинулся город. Узкие улочки, башни из глинобитного кирпича, пальмовая роща на окраине. Город был окружен рвом, наполненным водой, по периметру возвышались каменные стены.
Распахнулись ворота; сгибаясь под тяжестью навьюченных тюков, вовнутрь медленно прошествовала вереница груженых телег. Трудно было разглядеть на расстоянии, но Даше показалось, что в упряжи лошадей заменяли какие-то другие лохматые существа. Похожие на орангутанов, только идущие прямо, как человек. Красная пыль загорелось столбом, навстречу пришельцам поскакал всадник.
– К нам гости! – Стрельников приложил ладонь ко лбу.
– Косьян обещал рандеву с демонами. – Малышев улыбнулся. Ему по сердцу было приключение.
– Ума не приложу, где искать мой крестик! – вздохнула Даша. Она встретилась взглядом с Малышевым, губы помимо желания растянулись в улыбку. Глаза у него были серые с зелеными крапинками, глубоко посаженные, как у волка или медведя. Его это не портило, во внешности появлялось нечто хищное, первобытное.
– Будем действовать по обстановке! – Стрельников опустился на четвереньки, опустил ладонь в воду. К пальцам устремились любопытные мальки. – Вот дьявол! Все настоящее!
– И визитер очень даже настоящий! – сказал Малышев.
Всадник приблизился, осадил горячего скакуна. Взмыленные бока коня опадали, гнедой бил копытом по земле. Облаченный в восточное одеяние мужчина разглядывал пришельцев. У него были сросшиеся густые брови, проницательные глаза, загорелое до черноты лицо. Рука покоилась на эфесе кривой сабли. Он внимательно изучил мужчин, кивнул женщине.
– Откуда прибыли? – Тон был резким, привыкшим повелевать.
– По-русски говорит! – равнодушно заметил Малышев. – Полдела сделано, толмач не нужен!
– Отвечай, когда спрашивают! – Из ножен выскользнула добрая треть клинка.
– Вопрос непростой! – вступился за товарища Стрельников. – Проездом из Петрополиса, но родом мы из Российской Федерации, это в Евразии находится…
– Ясно! Кошары плутают, добро рыщут. Кто проводник?! – Цепкий взгляд буравил людей.
Даша открыла было рот, но Стрельников предостерегающе схватил ее за руку.
– У нас так не принято! – сказал он с купеческой улыбкой. – Кто? Откуда? Как зовут? Забросал вопросами, что тот опер на очной ставке! Могу для начала рассказать про себя. Стрельников Павел Матвеевич, уроженец города Краснодара. До недавнего времени майор ГРУ, а теперь простой советский заключенный, и мой товарищ – серый брянский волк! – пропел он баритоном.
Вопреки опасениям, фамильярное поведение кошара вызвало у всадника симпатию. Он громко рассмеялся, покачиваясь на стременах.
– Добрый воин, храбрые слова, отныне звать тебя – Саул!
– Саул так Саул! – легко согласился Стрельников. – По мне, как ни назови, был бы человек хороший!
– Светлая тень! – улыбнулся всадник, демонстрируя ряд белых, как сахар, зубов. – Обычно кошары боязливые. Ты молодец, кормчего не предал. На будущее запомните, имя вашего проводника – великая ценность. Потеряете кормчего – пропадете навек. Меня зовут Иоанн Гискальский.
– Даша…
– Константин Малышев.
– Чудные имена! – воскликнул Иоанн. – Прибыли за амулетами?
– Откуда ты знаешь?!
– В Гадес многие за ними приходят. Одни быстро находят, другие неделями рыщут, и без толку. Серебра много?
– Трошки есть…
– Не дерзи, Саул! – нахмурился всадник. – Спрашиваю не ради пустого интереса. Мне ваше сокровище без надобности. Я на службе у доминиуса состою. Откуп церберам нужен, иначе осерчают. Они вспыльчивые. В Гадесе местный кормчий потребуется, тоже плати! Если фартовые вы кошары, разыщете свое добро, опять расходы! Здесь серебра много не бывает. Пошли за мной!
