Лариса вновь сидела на ветке, вглядываясь в лесную темноту и прислушиваясь к каждому шороху. Я легла спиной к горящему костру, подтянула сумку под голову и закрыла глаза. Сон сморил меня быстрее, чем я думала.
***
Деревня встретила нас лаем собак, перепачканными в грязи детьми и перешептыванием старушек, сидевших на скамейках возле покосившихся домов. Гостей, видать, здесь давно не было, и тут я, да не одна – с Ларисой, а простой люд знает: девушка со зверем – это ведьма. Да только не путешествуют они сами, да еще и на лошадях. Чаще на зачарованных метлах группами передвигаются. Эх, не доучилась я до собственной метлы. Обидно. Такие перспективы собственная метла открывала – ух!
– Матушка, – вежливо обратилась я к старушке, – не подскажете, где постоялый двор? Или к кому можно попроситься на ночлег?
Старушка уставилась на меня немигающим взглядом. Заулыбалась, как-то даже приосанилась, молодея на глазах.
– Чего ж не подсказать? – проскрежетала. – Есть у нас двор, кхе, – усмехнулась она, – постоялый. Да негоже там девице одной появляться, разные люди там собираются.
Конь подо мною всхрапнул – его за хвост потянули маленькие перепачканные ручки деревенской детворы. Пацаненок, стоило ему встретить мой взгляд, тут же покраснел и отбежал к группе детей, что-то говоря им. Те с усердием вникали в каждое слово, заглядывая в рот и смотря, как на героя.
– Что ж делать-то? – вновь вернула свое внимание к бабушкам. – Мне на денек всего, может, на два.
То, что в местной гостинице спать небезопасно, я поняла еще на подъезде к деревне, гордо носившей название “Три дороги”. Домов около сотни, может меньше – вот и вся деревня. Даже меньше той, в которой я ночью одежду воровала несколько месяцев назад. А значит, таверна у них одна, и двор постоялый – место сборищ всяких забулдыг. А мне только лишнего внимания сейчас и не хватало. Нет уж, лучше напроситься на постой к кому-нибудь из местных. Я бросила взгляд на старух, внимательно следивших за мной.
– Может, у кого из вас койка лишняя найдется? Я непривередливая и заплачу честно.
– А сколько предлагаешь? – прищурившись, спросила все та же старушка.
– Все по-честному. Цена вашего местного номера. За еду дополнительно серебрянка сверху.
Хорошие деньги для местных. Даже слишком. Но сейчас мне не с руки привередничать. Лариса думала так же. Мы с ней обсудили все еще утром, когда подъезжали к Трем дорогам. И теперь она сидела у меня на плече и помалкивала, крутя головой и осматриваясь.
– Ну пошли, – старушка с кряхтением встала со скамьи. – У меня поживешь. Если что, Магдой меня зовут.
Я соскочила с коня и, поддерживая за поводья, пошла вслед за Магдой. Назвать эту женщину милой старушкой у меня язык не повернулся бы. Несмотря на сгорбленную спину, палочку в руках, на которую она опиралась, Магда выглядела на удивление сильной, и сила эта шла откуда-то изнутри.
– А муж ваш против не будет? – спросила, поравнявшись с ней. – Ведьма все-таки.
– Вдова я, – коротко ответила она. – Отступники убили мужа и двух сыновей.
– Простите.
– Да чего уж там, – отмахнулась женщина, – дело былое. Забылось уже все.
Но я знала – такое не забывается. Это те раны, которые навсегда остаются, напоминая о себе тупой ноющей болью. И как бы сильно женщина ни пыталась показать свою стойкость, я заметила, как складки на лбу стали глубже, губы сжались плотнее, а шаг сбился. Напоминание о семье причинило ей боль. А тут еще и отступница на ночь просится. На душе стало как-то горько. Имею ли я право входить в ее дом после всей той боли, которую ей причинили чистые маги?
Отступники не были святыми и часто боролись за место под солнцем нечестными методами. Таких, как Кайрос – хороших ребят, меньшинство. Многие привыкли к вечной борьбе и ненависти народа. Я с ужасом думала о будущей войне, даже мысленно не решаясь подсчитать предполагаемое количество жертв.
Лариса поглядывала на меня с беспокойством. Ночью мне снились кошмары. Я то и дело вскакивала, подгоняемая ужасом и видениями кровавых магических битв.
– Вот и домик мой, – прервала мои терзания Магда. – Чем богаты, тем и рады. Прошу.
Двухэтажный дом когда-то был добротным и, наверное, не раз вызывал зависть соседей. Сейчас же забор вокруг покосился, грозя в любой момент рухнуть. Чахлые кусты вокруг вызывали только тоску. А сам дом явно нуждался в ремонте и мужской руке. Там окно сквозит, крышу уже нужно бы поменять да половицы на крыльце обновить. Но и то хлеб. Мне всего на пару дней.
Я привязала коня к дереву и, подумав, навесила на него защитное плетение – перестраховаться не помешает. Увидит кто одинокую животину, и мало ли какие мысли появятся? Нет уж, лучше сейчас потратится на магию, чем потом пешком до Академии.
Магда проследила за моими действиями с легким прищуром и понимающей улыбкой. Я схватила сумку, в которую еще вчера ночью переложила все свои и украденные вещи, и последовала за женщиной, не желая больше заставлять ее ждать.
