Мне не хотелось бросать Кайроса и друзей, которыми успела обзавестись, не хотелось расставаться с магией, но я скучала по Земле, по привычному и, в первую очередь – по любимой маме.
– Не знаю, что ты задумала, но я не отпущу тебя!..
Я вздрогнула, услышав хриплый твердый голос лорда командующего огня. Я совсем забыла о Кае. О том, что он слышал мой разговор с Вирсавией. Обернулась, встречаясь с его холодным колючим взглядом. Оберман стоял, сложив руки на груди и широко расставив ноги, и хмуро взирал на меня из-под нахмуренных бровей.
– …Если думаешь, что сможешь вновь сбежать от меня, ты ошибаешься!
– Но, Кайрос, ты не понимаешь! – воскликнула я, мотнув головой.
– Я все понял, будь в этом уверена. И я не отпущу тебя в другой мир, откуда бы ты ни пришла. Не тогда, когда у нас даже не было шанса попробовать!
Я вздрогнула.
– Но Кай…
– Нет! – безапелляционно завил лорд. – Нет, Летта, даже не смей думать об этом. И будь уверена, как только этот проклятый беспорядок закончится, я спрошу тебя обо всем. И ты ответишь на каждый мой вопрос!
– Вы зря спорите, – прервала Кайроса Вирсавия, отходя от Ишрагаля, изрисованного моей кровью. – Лилия, я ведь говорила тебя, а ты плохо слушала! – пожурила меня богиня, обернувшись лишь на секунду и возвращаясь к осмотру Триединого. – Это тело теперь твоё, ты срослось с тем, что осталось от Виолетты. Я не могу поменять вас обратно, как бы сильно тебе этого ни хотелось. Конечно, ты всё еще не привязала себя к Игдариону полностью, но вы погибли для своих миров.
– Но это… несправедливо, – я не находила слов, чтобы описать свои эмоции.
– Так, всё! Я закончила, – удовлетворительно кивнула Вирсавия, поворачиваясь ко мне и сияя радостной улыбкой. – Становись на колени спиной ко мне.
Я окинула богиню злым взором.
– Что бы ты знала, – прошипела, становясь на колени, – я помогаю не тебе! Я больше не верю в сказки и обещания хорошей жизни. Я делаю это только затем, чтобы отомстить. После этого я не желаю видеть тебя!
– Да-да, – кивнула богиня, улыбаясь. – Поверь, ты больше меня не увидишь.
– Надеюсь на это!
– Вам лучше поторопиться, я долго не смогу удерживать щит! – прикрикнул Кайрос на Вирсавию.
Мужчина, приложив ладонь к мерцавшему желтыми вспышками барьеру, вливал в него силу. Вихри черной магии облепили огненный щит, окружив непроглядной, озлобленно гудевшей стеной. Сила сосредоточилась на одном месте и уверенно пробивалась внутрь и когда ей удавалось пробить даже микроскопическую брешь, бросалась на нас, словно сорвавшийся с цепи бешеный пёс. Богиня испуганно вскрикнула, да я и сама с ужасом смотрела на то, что творилось за пределами щита, пока мы вели беседы.
– Ничего не говори! Молчи, не перебивай меня и как бы больно тебе ни было, стисни зубы и не смей кричать! – приказала богиня, одной рукой дотрагиваясь до лба Ишрагаля, а вторую кладя мне на спину.
Богиня быстро зашептала слова заклятия. Тепло полилось из ее ладони, мне стало спокойно, приятно, и это ощущение напоминало лечение, которое я получила от Вирсавии недавно. Но всё это длилось лишь секунды. Следом пришло жжение, горечь во рту, звон в ушах, перед глазами роем заплясали мушки – из меня выкачивали силу. Грубо и беспощадно. Каждое слово, произнесенное богиней, рвало канаты моей жизненной энергии, вытягивая из меня пятнадцать лет. Казалось, богиня заберет все без остатка, но ей не хватит этого, и моя жертва будет напрасной. Хотелось кричать, выть от боли и, словно раненное животное, ломать ногти, «вгрызаясь» ими в каменный пол. Меня ломало, выворачивало наизнанку и полоскало в боли, пока богиня продолжала бубнить длинное запечатывающее заклятие.
–
А я сгорала от боли, но, закусив до крови губы, не смела пикнуть. Это моя плата и месть за потерю своей души, за потерю Ларисы. И я вынесу все, как бы больно это ни было. Слезы лились из глаз, застилая взор. Я не видела и не слышала ничего, кроме тихих слов заклятия.
–
Казалось, еще чуть-чуть – и утрачу рассудок. Я пошатнулась, наклонилась и уперлась лбом в ноги висевшего на стене мужчины. Взрыв раздался неожиданно. Совсем рядом с Вирсавией, спиной протаранив стену и сползая вниз, приземлился без сознания Кайрос. Тьма заволокла пространство, переливаясь ярко синими всполохами – сила прорвала защиту отступника и теперь подбираясь к нам. Голос богини дрогнул, сорвался на истеричный визг. Вырвавшаяся из под контроля сила карала самовольных богов. Но надо отдать Вирсавии должное: даже при том, что ее атаковала магия, а я спиной чувствовала, как дрожит ее рука, она продолжала читать заклятие.
–
