Старший пришелец в ватнике и хрупкой белой шапочке, олицетворявшей суровую ангельскую касту спасителей жизни, уже обводил оцепление мрачным взглядом.
- Кто вызывал? - подал он не менее мрачный голос "скорой помощи".
- Я вызывал, - хладнокровно заявил на себя аспирант.
- Ну, мы тебе что, мальчики на побегушках? - уперся в него суровый и умеренно скорый помощник. - Какой еще "инфаркт"? Этот доходяга еще два часа назад откинул копыта.
- Во-первых, не "ты", а "вы", я сам кардиолог. Во-вторых, есть договор, - Какой "договор", аспирант, несомненно, придумал бы сразу, как только бы его об этом спросили. - В-третьих... - Он понизил голос. - ...семьдесят пять баксов за то, что вы довезете его в морг восемьдесят второй.
Врач "скорой" стрельнул глазами в аспиранта, потом - вправо, влево.
- А что твои друзья скажут? - многозначительно полюбопытствовал он.
Как ни удивительно, отборные легионеры армии Ганнибала, облаченные в синюю форму, сразу подтвердили самый важный факт:
- Он - врач. Он в курсе таких дел.
Главный со "скорой" пожевал щеку.
- Передай в Центральную, - велел он другому из своей бригады. - В общем, тут "разборка", судмедэксперт и все такое прочее. - И тут же ткнул указательным пальцем аспиранту в живот. - С дежурным на месте сами будете договариваться. Не примет - я больше возиться не буду.
- Наш договор останется в силе, - честно пообещал аспирант, уже примериваясь к передним ручкам носилок.
Никола оказался не тяжел.
"Никола, ты теперь как Троянский конь", - обратился в потусторонний мир Ганнибал Дроздов и еще раз попросил прощения у старого бомжа.
Из своего подземелья дежурный морга восстал после долгих звонков и заклинаний. Он, однако, был столь хладнокровен и потусторонне понятлив, что являл собой пример для всех своих подопечных.
- Угу, - сказал он, обведя приезжих взглядом Вия и оптически-прицельно останавливая его на аспиранте, который своим видом никакую медслужбу представлять не мог. - Чего?
- Тут по просьбе Альберта Исаевича... - стойко выдерживая потусторонний взгляд, произнес аспирант свой главный пароль. - Любопытный случай.
Предъявленное имя-отчество принадлежало главврачу больницы, которого аспирант немного знал лично со студенческих времен и который был паталогоанатомом по самому, что называется, высокому призванию.
- Откуда? - не двинув ни одной мимической мышцей, вопросил дежурный.
- С Пролетарской.
- Сам, - и рта не раскрыл дежурный.
Аспирант Дроздов понял и решил, что теперь поможет только чистая правда.
- Из Института космической биохимии. Вот удостоверение. - Он потянулся за пазуху. - Могу дать телефон.
- Угу, - постановил дежурный морга. Только бригаду "скорой помощи" чистая правда обескуражила.
- Ни хрена себе... загиб матки! - усмехнулся старший.
"Пока дешево отделался", - напряженно оценил обстановку аспирант, устроив все дела на срок достаточный, чтобы успеть придумать еще что-нибудь, и за тем поднимаясь на поверхность земли.
Остановив жизнь ровно на минуту, он подышал неприветливым воздухом, видно, копившим сырую пустоту для поддержки всей малосильной зимы, и, очень удовлетворившись этой неприветливостью, двинулся к стеклянным дверям больничного корпуса, к еще не видному издалека таксофону.
Впереди было главное препятствие. Не препятствие даже, а некая могучая неизвестность, черная дыра, бескрайняя Амазония и Маракотова бездна.
Как всегда аспиранту невольно хотелось, чтобы таксофон был не тот, сломан, чтобы проглотил таксу. С собой надо было бороться, бороться и бороться.
Таксофон подчинился возраставшей воле к жизни, даже и если был до того отключен или сломан.
Та, которая была теперь стражем тайной тропы через Альпы и без которой весь поход Ганнибала бесследно бы канул в горах, сама подняла трубку после первого же гудка: нужно было в одно мгновение признать это добрым знаком.
- Алло!
- Наташа...
Это была совсем другая Наташа, величина которой в жизни аспиранта в сравнении с той Наташей была астрономической. Та была микро, эта - макромиром. Правда, макромир в результате печального расширения вселенной отдалился на несколько световых лет... Но теперь аспирант Дроздов вновь подтверждал своей жизнью галактические масштабы макромира.
- ...это - я. - ...Здравствуй... Ну, в общем, конечно, рада тебя слышать... поскольку так неожиданно...
Сердце колотилось, выталкивая из аспиранта слова чуть раньше, чем ему хотелось бы.
- Я - тоже... уж вот так неожиданно... ты права. Я тут, внизу... Ты знаешь, мне очень нужна твоя помощь. - Про помощь аспирант сказал самым твердым голосом, отпихнув сердце куда-то в сторону селезенки. - Если ты занята, я могу подождать... сколько угодно.
- Я сейчас спущусь. - Голос Наташи был столь же твердым, сколь и хрупким.
Ганнибал сел на банкетку в вестибюле, стал поглядывать на двух пожилых гардеробщиц и решительно отказываться от всяких чувств и воспоминаний.
Наташа появилась и приблизилась прямым белым обелиском и села, так и не вынув рук из карманов халата.
Она улыбнулась. И Ганнибал улыбнулся ей.
- Здравствуй.
- Здравствуй.
- Как ты?
