И только в момент, когда шасси коснулись взлётно-посадочной полосы, решилась задать вопрос:
— Мы преодолели такое огромное расстояние, Ярослав Владиславович. Сколько же стран мы пролетели?
Я вскинул бровь, прежде чем ответить.
— Стран, ваше высочество? — переспросил я. — Под нами всё это время находилась территория Российской Империи. И мы даже четверти её не пролетели.
В глазах эльфийки мелькнуло недоверие, а затем, видимо, дошло, что если портал принадлежит нам, то и другие страны мы пересекать не должны. И от этого озарения у неё проступил страх на лице.
— Ваше оружие сильнее нашей магии, — заговорила она, пока самолёт останавливался на таком же военном аэродроме, только на этот раз в столице. — У вас такая огромная страна и так много ресурсов. Нам никогда с вами не сравниться.
Я улыбнулся и первым отстегнул ремень безопасности.
— Поэтому вам следует знать, ваше высочество, что Арканору чертовски повезло, что портал открылся именно на его территории, — сказал я, поднимаясь из кресла. — Иначе союз с нами заключил бы кто-нибудь из ваших соседей.
Пока мы спускались по трапу и шли к ожидающей нас машине, мне вспомнилась история о войне двух стран. Одна, воинственная и маленькая, постоянно нападала на большую и мирную. Так длилось несколько десятков лет, пока правителя маленькой не пленили. И вот его везут по дороге — день, неделю, месяц. Вокруг обширные поля, города, нескончаемое количество людей. А прибыв в столицу, правитель маленькой страны окончательно понял, что никогда бы ему не удалось победить.
То же самое сейчас испытывала Кайлин, осознавая масштабы. А ведь она ещё ничего толком-то и не видела. Впрочем, её высочеству ещё предстоит немало открытий, прежде чем она отправится в свой маленькой, но гордый Арканор.
Домой мне заглянуть, разумеется, никто не дал — нас сразу же доставили в Кремль. Уже здесь министр иностранных дел лично перехватил у меня Кайлин, а меня отвели в неприметный кабинет, находящийся в бесконечных коридорах древней крепости.
— Ну, здравствуй, Ярослав, — доброжелательным тоном произнёс мужчина в военном мундире без знаков различия. — Присаживайся.
— Спасибо, ваше императорское величество.
— Должен признать, информация, которую вы добыли в Аэлендоре — очень ценна, — сцепив руки в замок, заговорил государь. — Политический кризис в Арканоре, террористы «Серебряного рассвета», пытающиеся уничтожить правящую династию, неуважение среди благородных между собой и в отношении монарха.
Я слушал его со всем почтением на лице, прекрасно осознавая, что роль мне отведена маленькая и этим разговором его императорское величество демонстрирует своё расположение. И даже не мне, а придворным, которые обязательно растрезвонят всему свету, что меня государь принял сразу же, как только я оказался в Москве. А у него ведь в расписании на день наверняка куча встреч, заседаний и отчётов назначены. Так что, раз уж Ярослав Владиславович получил аудиенцию вне очереди, значит, Князевы на коне.
— К тому же, — положив руки на стол, произнёс он, — ты не постеснялся надавить на заместителя министра, чтобы он попытался пропихнуть для твоего рода монополию на поставки энделиона. При этом в боях показал себя исключительно с положительной стороны. Уверенный в своих силах дворянин, действительно способный принести своей стране пользу — это редкость, драгоценный бриллиант среди той кучи дерьма, в которую превратилось благородное сословие.
Я сделал вид, будто хочу защищать дворян, но император лишь рукой махнул.
— Знаю, что ты хочешь сказать, Ярослав, — чуть поморщившись, проговорил государь. — Что не всё дворянство — дрянь и что по-настоящему благородные люди верны своей стране и мне. Но, к сожалению, верных всегда мало. Впрочем, Князевы доказали, что на ваш род можно положиться.
Вот теперь можно было и ответить.
— Благодарю, ваше императорское величество, — поклонившись, как положено по этикету, сказал я.
— Правду говорить легко и приятно, — улыбнулся он. — Кстати, к разговору о правде. Что скажешь о принцессе Арканора? Как она, имеет ли смысл с ней договариваться? Или роль куклы на троне — максимум, который можно ей оставить?
Я вздохнул, прежде чем ответить.
— Ваше императорское величество, буду предельно откровенен, — начал я.
— Мы не на приёме, так что можешь не сдерживаться в выражениях, — с пониманием покивал император. — Судя по началу, всё очень плохо?
— Её высочество Кайлин совершенно не готовили управлять хоть чем-то, — кивнув, продолжил я. — У неё полностью отсутствует понимание роли монарха. Похоже, у неё не было вообще никаких обязанностей, кроме как быть красивой и соблюдать эльфийский этикет. Как показал инцидент в трактире, где мы должны были встретиться, Кайлин легко внушаема и доверчива. Во время дальнейшей поездки я пытался раскачать её, чтобы посмотреть реакцию и оценить, но…
Я махнул рукой, и государь усмехнулся.
— «Но»?
