— Сколько их? Много? Я могу чем-то помочь? — раздался над ухом голос Полины. Он звучал твёрдо, без паники.
Я посмотрел на неё через плечо. Реутова стояла спиной ко мне, напряжённая, готовая в любой момент вступить в бой. Вот только она не могла увидеть противников и причинить им хоть сколько-то вреда…
— Просто держись ближе, — сказал я.
Удар, ещё удар, ещё один — но тени лезли и лезли, словно их подпитывала сама тьма вокруг дома.
Если так продолжится, мой барьер не выдержит, и они достанут Полину…
Я собрал эфир в одной точке, готовясь к мощному плетению, которое называлось Молот Судьбы. Это полностью лишит меня сил, но есть шанс разом уничтожить всех оставшихся духов.
Барьер потрескался и был готов рассыпаться, когда я почти завершил создание Молота, — но вдруг дверь дома резко распахнулась.
— Хватит! — прогремел знакомый хриплый голос.
Прохор стоял на пороге, его посох с резным набалдашником был поднят над головой. Из него хлынул золотистый свет, и духи зашипели, медленно отлетая и скрываясь в чаще. Багровые потоки разошлись следом за ними, огибая меня и Полину. Голубоватый эфирный туман вокруг дома словно затвердел, принимая форму купола.
Полина резко обернулась, всё ещё сжимая в руках пистолет.
— Всё в порядке? — спросила она, не спуская глаз с отшельника.
— Вроде бы, — ответил я, переводя дух. — Это тот, кто нам нужен.
Но вот что у него на уме, пока непонятно. Выходит, что вся эта орава злых духов и сплетение тёмных энергий были здесь по воле Прохора?
Я глубоко вдохнул, чувствуя, как эфирное напряжение спадает. Но вопросов только прибавилось. Сжал в кармане накопитель, который взял с собой, впитывая из него энергию.
— Они исчезли, да? — тихо спросила Полина. — Чувствую облегчение… Он их прогнал?
— Угу, — промычал я, не спуская глаз с Прохора.
Он смотрел на меня в ответ, и взгляд этот нельзя было назвать дружелюбным. Совсем наоборот, он был откровенно враждебным.
— Добрый день, Прохор Васильевич, — прервал я напряжённую тишину. — Думал, с вами что-то случилось, когда увидел всех этих тварей.
— Я в порядке, барон Зорин, — только и ответил старик, а затем с ног до головы оглядел Полину. — Кто твоя спутница?
— Капитан полиции Полина Реутова, — сказала она, не спеша убирать пистолет в кобуру.
Прохор хмыкнул, а затем опять повернулся ко мне:
— Что вам обоим нужно?
— Поговорить, — ответил я. — Но прежде хочется понять, почему вы призвали злых духов на защиту дома. Насколько мне известно, это незаконно.
— Плевать я хотел на законы, изданные Дивовым, — скривился отшельник и действительно сплюнул.
— Законы для всех одни, вне зависимости от личных отношений с главой Конгрегации, — сказал я. — Вы использовали запретную магию.
— И теперь ты хочешь арестовать меня, мальчик? — с угрозой произнёс Прохор.
— Пока что нет. Я знаю, вы не стали бы создавать подобную мерзость без веской причины, — я обвёл рукой багровые потоки, которые медленно шевелились у деревьев, будто щупальца огромного чудовища. — И мне хотелось бы знать причину. Позвольте угадать — дело в Теневых Странниках?
Прохор замер ненадолго, будто взвешивал варианты. А затем медленно кивнул.
— Мы приехали к вам по той же причине, — сказал я.
— Люди умирают, Прохор Васильевич. А ваша мудрость может их спасти, — убирая пистолет, поддержала меня Полина.
— Их уже ничто не спасёт, как и всех нас, — отшельник покачал головой.
— Я не верю, что такой великий провидец, как вы, может так легко сдаться! — уверенно воскликнула Полина.
Я увидел, как коротко сверкнула аура Прохора. Что ж, не зря я взял Реутову с собой. Может, старик и ведёт крайне аскетичный образ жизни, но против природы не попрёшь. Подобные слова от молодой и красивой женщины любого мужчину заденут за живое.
— Им невозможно противостоять, — вновь покачал головой Прохор.
— Мы должны хотя бы попытаться, — сказала Полина, шагая вперёд. — Позвольте, мы хотя бы спросим у вас кое-что. Это важно, и вы очень нам поможете. Я буду крайне благодарна.
Даже если отшельник понимал, что им нагло манипулируют, он поддался. Его взгляд потеплел, и поза перестала быть такой напряжённой.
— Входите, — буркнул он и зашёл в дом, оставив дверь открытой.
Мы вошли в низкую горницу, пропахшую сушёными травами. Прохор двинулся к печи, не предлагая нам сесть, и налил себе чай из потемневшего от времени медного чайника.
— Говорите, — буркнул он, уставившись в окно.
— Вы знаете о проклятиях, — начал я.
— Знаю, — кивнул отшельник, всё ещё не глядя на меня.
— И знаете, кто за этим стоит.
Прохор медленно обернулся. Его глаза, мутные, будто затянутые пеленой, на секунду вспыхнули жёлтым.
— И ты тоже знаешь, барон. Так зачем пришёл?
— Затем, что вы знаете гораздо больше меня, — твёрдо заявил я. Это был не вопрос, а утверждение. — Тетрадь, которую вы мне дали в прошлый раз, это просто хаотичные заметки. Но ваши знания гораздо глубже, я в этом уверен.
Старик прищурился, разглядывая меня. Медленно сделав глоток чая, он указал на меня пальцем и потряс им:
— Ты стал значительно сильнее, Григорий. Отличный прогресс.
