В самом конце Артемий Петрович побеседовал со мной. Мы с ним расположились в гостиной, в окна которой уже заглянул рассвет.
— Барон Зорин, — Ленский закрыл блокнот, — ситуация ясна. У вас есть два законных варианта.
Я молча кивнул, давая ему продолжить.
— Первый: объявить кровную месть и войну родов. В рамках закона вы имеете право силой забрать у Волковых всё, что сочтёте справедливым, в том числе жизни членов рода, — Артемий сделал небольшую паузу. — Правда, учитывая положение рода Волковых, за вами нет права убивать самого барона. Дворянская палата и Его Императорское Величество не одобряют искоренение знатных родов.
— И я полностью с этим солидарен, — кивнул я. — Правда, Волковы собирались именно искоренить мой род.
— Это не даёт вам права поступить схожим образом.
— Какой второй вариант? — спросил я.
— Подать иск в императорский суд. У вас есть неопровержимые доказательства, да и Светлана признаётся в преступлении. Вы гарантированно выиграете. Волковы останутся при своём титуле, но их активы и поместье отойдут вам в качестве компенсации.
Я перевёл взгляд на окно, за которым рассвет разгорался всё ярче, заливая золотом мой сад.
— Если я выберу месть, сколько жизней это будет стоить? — спросил вслух, но обращаясь скорее к себе, чем к собеседнику.
— Гораздо больше, чем если решить вопрос миром, — без колебаний ответил Ленский.
— Читаете мои мысли, Артемий Петрович. Нет смысла понапрасну лить кровь. Я возьму своё деньгами.
Следователь уважительно кивнул:
— Неожиданно милосердно для человека, который только что пережил покушение.
— Это не милосердие, — я повернулся к нему. — Просто мёртвые не платят долги. А Волковы должны мне очень много.
Ленский хмыкнул, доставая из портфеля бланки:
— Как скажете. Подпишите здесь и здесь… Ваше заявление будет оформлено через Дворянскую палату, заседание состоится на днях. Дело верное, поэтому процесс не будут затягивать. Кстати, попрошу вас воздержаться от контактов с бароном Волковым, — добавил следователь. — Таков закон. Что касается Светланы Андреевны, сейчас я вызову людей, и до оглашения вердикта она будет под стражей в Кремле.
— Хорошо, — сказал я, на всякий случай внимательно читая, что за документы он дал мне на подпись.
Когда бумаги были оформлены, Ленский встал:
— Благодарю за сотрудничество, ваше благородие. С вашего позволения, я поеду.
— Вам спасибо, Артемий Петрович. Я провожу, — мы вместе отправились к выходу.
— И последнее, — следователь на секунду задержался на пороге. — Будьте осторожны. Кто-то явно стоит за Волковыми. Такие артефакты не берутся из ниоткуда, и стоят они целое состояние.
— Знаю, — кивнул я. — Но ведь я тоже не один. Как минимум закон на моей стороне.
— До тех пор, пока вы на стороне закона, — заметил Ленский и слегка поклонился. — Всего хорошего, барон.
Да, он был прав. Кто-то явно помог Волкову… Вот только кто? Вполне возможно, мы это выясним на суде. По крайней мере, я поручу своим адвокатам, чтобы они этого добивались. Ведь если устранить только Волковых, главному противнику это никак не повредит.
И я ведь даже не знаю, что это за противник… Хотя кое-какие догадки имеются.
— Закончил? — неожиданно раздался за спиной голос Кретова.
— Ты что, ещё здесь? — как-то отрешённо удивился я.
Казалось, после всех сегодняшних событий мои нервы должны быть натянуты, как струны. Но усталость уже глушила адреналин, оставляя лишь тяжёлую, как свинец, сосредоточенность.
— Конечно. Ты помнишь, зачем мы с Толей вообще приехали?
— Помню. Мы свою задачу выполнили и выяснили кое-что весьма интересное.
— Ты прав, — кивнул Дмитрий. — Я надеюсь, твои дворянские трудности не помешают вести наше расследование?
— Не помешают. Судом и всем остальным займутся мои юристы. А я могу сосредоточиться на расследовании.
— Отныне нам придётся вести его очень осторожно, — нахмурился Кретов. — Если эти артефакты делают сильные провидцы… Конгрегация почти наверняка замешана. Особенно учитывая то, что ты узнал от Прохора.
— Как минимум Конгрегация виновна в появлении Теневых Странников, — сказал я. — Не думаю, что это была целиком идея Прохора. Его просто сделали козлом отпущения.
— Ты прав. Конгрегация провидцев любит всякие эксперименты, многие из которых заканчиваются печально, — пробурчал Дмитрий. — В общем, соблюдаем осторожность. Я посещу архивы и постараюсь выяснить, кто ещё был связан с экспериментами Прохора. Хотя мне кажется, такие сведения или уничтожены, или скрыты.
— Проверить стоит.
— Да. А ещё надо проверить одного человека. Вчера я побывал в нескольких местах, где люди находили проклятые предметы или встречали Странников… И в нескольких местах наткнулся на это, — Кретов достал из кармана осколок стекла.
Нет, не стекла, а зеркала. И от него исходил ощутимый магический фон.
— Что это? — спросил я. — Обломок какого-то артефакта?
— Именно. И я уже знаю, какого. Это Зеркало искажённых отражений, и оно принадлежит члену Конгрегации по имени Игорь Ланцов.
