Система преподавания в этой школе [Школе хартий], по выражению пр. Л. Готье, синтетическая, в отличие от которой в École des hautes études принята система аналитическая, то есть слушатели прямо приступают к разбору отдельных памятников и рассмотрению частных вопросов, тогда как в École des chartes они слушают предварительно ряд общих курсов. Синтетическая система полезнее для начинающих, так как она помогает ориентироваться в новой области изысканий и знакомит с общими руководящими принципами науки [Батюшков 1889, 20].
В противоположность этому в Практической школе высших исследований «принцип преподавания ‹…› как указано, аналитический: общих курсов на ней не читается, за немногими исключениями, но ведутся практические упражнения под руководством профессора. В этом отношении организация École des hautes études отчасти соответствует практическим семинариям, существующим при разных германских университетах: только в Париже семинарии выделены в особую школу, которая является как бы высшею инстанцией академического преподавания [Указ. соч., 21–22].
Разумеется, эту дихотомию нельзя понимать как абсолютную: сам же Батюшков подчеркивает и наличие практических занятий в Школе хартий, и наличие некоторых общих курсов на историко-филологическом отделении ПШВИ. Речь идет не об абсолютной противоположности, а о различии принципов, преобладающих в каждом из двух учебных заведений. Но эти преобладающие принципы описаны совершенно ясно. Действительно, на Четвертом отделении ПШВИ ученики, как правило, «прямо приступают к разбору отдельных памятников и рассмотрению частных вопросов». В этом состояла яркая отличительная особенность ПШВИ на фоне прочих учебных заведений Франции.
Теперь отметим еще одну деталь, которую упоминает Батюшков. Об организации учебы в Школе хартий он пишет следующее:
Дабы не стеснять домашние работы учеников и предоставить им возможность посещать, по желанию, другие высшие учебные заведения, число лекций на каждом курсе очень ограниченное: от пяти до семи полуторачасовых чтений. Число их еще уменьшается на последнем курсе, так как в течение его обыкновенно пишутся диссертации [Батюшков 1889, 19–20].
Итак, сама организационная матрица Школы хартий предусматривала возможность для студентов посещать другие высшие учебные заведения. Эта возможность не игнорируется здесь как чья-то индивидуальная причуда; наоборот, такая возможность учитывается и приветствуется. Предполагается, что студенты
