Браккарские корабли тоже изготовились к стрельбе. По крайней мере дюжина каракк уже развернулась правым бортом к берегу. Конечно, лучше всего стрелять, стоя на якоре. Тогда есть надежда, что хотя бы половина ядер прилетят в цель. Но северяне даже паруса на гитовы не брали, не намереваясь сбрасывать ход. Во-первых, побаивались береговой артиллерии, несмотря на уверенность в собственном превосходстве. Эта опаска живёт в каждом человеке, иной раз выручая, а когда и мешая достигать искомых рубежей. Во-вторых, рассчитывали на помощь магов. Теперь-то Ланс знал это наверняка. Выкормыши лысого Нор-Лисса и дальность выстрела увеличат, и ядро точно в цель приведу, и картечь кучно положат, если будет приказ.
Ну, ничего. Теперь найдётся, чем ответить. Батарея верхнего яруса будет стрелять по лёгким судам неприятеля, а нижнего и среднего — по тяжёлым. Только бы всё получилось.
Ланс оглянулся на вестовых, застывших в ожидании распоряжений. Что-то капитан Айо задерживается. Не пора ли сделать первый, обманный залп?
И в этот миг загрохотали орудия. По очереди. Между выстрелами можно было досчитать до пяти. К небу поползли клубы густого дыма…
Альт Грегор не мог видеть летящих ядер, о чувствовал, как задрожал, заныл воздух, разрываемый их стремительным движением. Так же он ощущал и музыку. Звуки, распространяясь в воздухе, заставляли шевелиться волосы, щекотали кожу, вызывали зуд в пальцах. Наверное, это отголосок тех времён, когда менестрели играли не с помощью Силы. Это надо же… Уму непостижимо, но когда-то смычки и барабанные палочки держали в руках, дули в мундштуки флейт, ударяли по планочкам ксилофонов и давили на клавиши клавикордов. Вполне возможно, что человек и музыкальный инструмент в ту пору были ближе, дополняли друг друга так же, как шпага является продолжением руки у хорошего фехтовальщика. Потом кому-то в голову пришла мысль — попробовать магию для извлечения звуков. Вне всяких сомнений, мелодии стали изысканнее и прихотливее, возможностей у музыкантов выросли, но… Всё равно, люди что-то потеряли, заменив живое прикосновение к скрипке или виоле, магическим воздействием.
Ядра падали в воду одно за другим, поднимая фонтанчики брызг и оставляя после себя белые следы пены. Они ложились за добрую сотню брасе до браккарских кораблей. Лансу почудился злорадный смех облепивших ванты матросов-северян. Они уже предвкушали, как безнаказанно изничтожат оборону трагерцев и примутся бомбардировать город. Первый десяток каракк проследовал мимо южного форта без единого выстрела. Они устремились к твердыне, которую защищала команда Регнара.
Следующие, выполнив разворот бакштаг, начали забирать восточнее, не доходя всё же до границы, обозначенной падением ядер из форта. На фор-штаге «Сердца Тер-Порта» взвились два треугольных флажка — чёрный с белым крестом и сине-красный. «Предлагаю сдаться».
Лейтенант Хорхе разразился длинным и витиеватым ругательством.
— Не обращайте внимания! — воскликнул Ланс, на миг оторвавшись от зрительной трубки. — Браккарцы слишком самоуверенны. И любят брать на испуг!
— Надеюсь, капитан Айо ответит им должным образом, — пробасил артиллерист.
— А как он ответит? Ни одно из слов, которые вы произносили, не покажешь флажковыми сигналами. Лучше всего будет, если капитан Айо сделает вид, что не заметил наглого предложения.
— Согласен! — Хохотнул Хорхе и снова добавил пару выражений, которых менестрель, прослуживший в наёмниках добрую четверть жизни, не слыхал. — Когда же мы уже покажем им, у кого толще?
— Да вот прямо сейчас и покажем. — Ланс оскалился. Оказывается, это изумительное чувство — ощущать, как враг, ничего не подозревая, вползает в подготовленную тобой ловушку. — Командуйте, лейтенант! Накроем эту мелочь, которая роится между нами и «Сердцем Тер-Порта», чтобы не путалась под ногами.
— Отлично! — Оглушительно заревел Хорхе. — Батарея, наводи!
Бомбардиры шагнули к пушкам, руками показывая гандлангерам, подхватившими лямки, тянущиеся к станинам, в какую сторону разворачивать стволы. Угол подъёма они настраивали клиньями, постукивая по ним деревянными молотками-киянками.
— Батарея, пали!!! — дал главную команду лейтенант, но в этот миг борта браккарских кораблей окутались дымами.
Звук донёсся позже.
— Первое орудие! Пали! — закричал бомбардир, отскакивая в сторону.
Канонир торопливо раздул фитиль, вытянул запальник к натруске пороха на полке.
Ланс видел — нет, не глазами, а с помощью того самого чувства, которое помогало ему всю жизнь управлять магической Силой — тонкие голубоватые, как бы светящиеся, нити, протянувшиеся от магов-учёных, расположившихся на квартердеках судов. Гибкие и сильные, как щупальца каракатиц или спрутов, они подхватывали ядра и вели их к цели. А целью, само собой, был Южный форт, прикрывающий вход в бухту Эр-Трагера, и орудийные батареи, размещённые в нём.
