Эрл ловко спрыгнул и похлопал по боку тарантула, отправив Шуни прочь. Эйлерт немного похудел, а также через его правую щеку проходил свежий черный шрам неприятного вида.
- Милорд! - я бросилась ему на шею, не совладав с чувствами. - Я так рада, что вы живы! Что с вашей щекой?
- А, это? Царапина. Попал под одно проклятье, придется пару месяцев так походить, пока аура не вытравит чужеродную гадость. Ну как ты тут без меня, Колючка? Нашла с кем скоротать вечерок?
- Как можно! Я... скучала по вам, милорд, - вырвалось у меня невольно.
- Я тоже по тебе скучал, признаться, - усмехнулся Эйлерт. - И, пожалуй, я покажу тебе насколько я соскучился прямо сейчас.
- Ох, - мои губы заткнули страстным поцелуем. - Я только с пробежки...
- Да и я несколько дней не мылся...
- Может нам стоит уединиться в более надежном месте? - зашептала я жарко, теряя голову от близости и крепких мужских объятий.
- Плевать!
- Игни, ты уже закончила тренировку? - услышали мы голос приближающегося Андрикса. - Упс, извините, что помешал. Не знал, что ты вернулся, Эл. Уже ухожу...
Несколько дней мы вели себя будто пылкие влюбленные юнцы, воссоединившиеся после долгой разлуки. Хотя в это время мы и впрямь были влюблены. Затем страсть поутихла, и мы вернулись к прежним отношениями. Милорд принялся дорабатывать артефактную сеть поместья, я помогала экономке, тренировалась и постигала знания. Эйлерт не делился со мной, чем именно он занимался, а я не спрашивала. Но, думаю, что попроси я, и он бы охотно рассказал. Однажды он попросил меня лично постирать красный плащ, не показывая на глаза другим слугам, сказав, что одежда еще может пригодиться.
Хане и Андри пришлось частично открыться. К нам явились официальные следователи от виконта, и авантюристы подтвердили, что милорд не отлучался из усадьбы на долгий срок. Эйлерт показал следователям уже почти работающую артефактную сеть, над которой он трудился. По-видимому, уцелевшие затменцы пришли к определенным выводам, либо успели кому-то поведать о своих подозрениях. Однако никаких доказательств вины милорда в погромах по всей Латернии не было, только предположения. Дружинники сами не верили в то, что известный в округе эрл Туранн может оказаться ужасным "красным мстителем". Наша пара авантюристов сильно с расспросами не лезла, понимая, что раз Эйлерт ничего не рассказал, значит так надо. Они действительно хорошие друзья.
Несколько раз я порывалась вернуть милорду перстень его погибшей возлюбленной, но барин приказал оставить у себя. Не думаю, что смогу хотя бы частично заменить леди Элайну, о которой он очень редко рассказывал, но кто я такая, чтобы спорить с его указаниями?
Примерно через месяц Эйлерт завершил работы над артефактной сетью. И это было просто потрясающе! Во-первых, на границах наших территорий раскинулась сигнальная сеть, которая предупреждала о любых посетителях, вторженцах или просто крупных зверях. У воинов и еще нескольких слуг имелись специальные кольца, которые светились, если границу владений кто-либо пересекал. К моему золотому перстню с топазом на другой руке добавилось серебряное колечко с крохотным бриллиантом. Когда кто-то вступал на нашу землю, оно слегка покалывало кожу и светилось. Зеленый означал, что среди входящих есть специальный пропускной маяк Тураннов, то есть свои. Красный цвет обозначал разных порченных тварей и диких животных, желтый - остальных гостей.
Но самое поразительное крылось в водопроводе, который милорд не без помощи Толле проложил по всей усадьбе. В самом поместье имелось несколько выходов горячей и холодной воды с кранами, а также: в конюшне, несколько в саду, рабском поселке и плантациях. В бараках и некоторых спальных комнатах дома он поставил отопительные трубы, в которой можно при необходимости пустить нагретую воду, что очень поможет в холодный сезон. На кухнях особняка и рабской столовой установил саморазогревающиеся артефактные плиты. В части помещений сделал магическое освещение, включающееся простой кодовой фразой. Также сам дом можно было накрыть охранной защитой, вот только силовая жила под поместьем была слабой и не могла поддерживать высокий уровень центрального накопителя. А значит и защита была больше видимостью, чем серьезной преградой. Но на остальные нужды маны вполне хватало.
На все это великолепие Эйлерт потратил массу ресурсов. Почти все самоцветы ушли на накопители, рельсы переплавили на трубы, драгоценные металлы из гномских сокровищ пошли на заготовки для зачарования. В ходе работ и экспериментов пришлось пару раз делать ремонт и вставлять выбитые стекла рядом с его лабораторией, несколько недель в поместье стояла вонь от случившегося пожара. Но в целом получившаяся сеть оправдывала любые мелкие несуразицы.
