— Разве такой примечательной персоне нужна специальная слежка? — ответил вопросом на вопрос Лось. — Я не люблю, Санек, когда со мной играют в тайны. Ты не шестерка, чтобы твои встречи на высшем уровне проходили бесследно.
— С Питом я встречался именно как шестерка, — усмехнулся Шаталин. — Убили нашего общего приятеля, и Пит позвонил мне домой.
— Надо так понимать, что вы вместе служили у Поликарпа?
Александр кивнул в ответ, а потом поведал свою грустную повесть, не утаив от «отца» ничего. Он даже был рад, что представилась возможность выговориться. Родителям никогда бы такого не рассказал. Они и про Афган-то узнали за два месяца до демобилизации. И батюшке на исповеди не решился бы, хоть и был однажды соблазн. Не отпустил бы такого греха батюшка, наложил бы епитимью. А времени каяться в содеянных грехах у него пока нет. Времени — в обрез! Не пришло еще время…
Выслушав, Лось долго молчал, вновь запрокинув голову и поигрывая ужасным кадыком.
— Дрянь дело! — заключил он. — Эта девка не остановится ни перед чем. Тебе нужна охрана. Не возражай! — предупредил «отец» его протестующее движение. — Тебя будут охранять, мой мальчик. Это мы уладим. Думаю, девке этой недолго осталось ходить по земле. Пит слов на ветер не любит бросать. Что касается скорпионов, не бери в голову детские забавы!
Шаталин допил свое виски и почувствовал легкое головокружение: выпито за день было много. Стрельнул у проходившего мимо кельнера еще одну сигару и затянулся от души.
— Вот что, сынок, — продолжал босс, — постарайся все-таки вспомнить, что тебе ляпнул на ухо мэр. Меня все это очень интересует накануне выборной кампании. Понимаешь? И содержимое черного ящика в особенности. — Он похлопал Саню по руке, мирно лежавшей на подлокотнике кресла, поднялся и направился в глубь зала.
Остаток ночи Саня провел за рулеткой и проиграл не только свой счастливый выигрыш в «блэк джек», но и сверх того.
Когда наконец с первыми лучами солнца он плюхнулся в серебристый «крайслер» и завел мотор, то услышал, что за его спиной взревела еще пара моторов. «Заботливый у меня «отец»!» — ухмыльнулся Шаталин и рванул с места на максимальной скорости.
Геннадий Сергеевич вернулся к вечеру. Федор уже бодрствовал, смотрел по телевизору крутой американский боевик, но сюжет не захватывал и не отвлекал от грустных мыслей.
Найти в городе с миллионным населением девушку Алису ему казалось невозможным. На это он и не рассчитывал. Вся умственная энергия была направлена на то, у кого бы занять денег, чтобы расплатиться с Поликарпом, потому что заработать необходимую сумму в оставшиеся дни — нечего даже думать! Он перебирал в памяти друзей и знакомых, которые однажды уже отказали, но тогда и сумма была в пять раз больше. И оттого, что он снова вынужден идти к этим людям на поклон, на душе становилось тошно. Еще Федор мучительно переживал будущую встречу с Мишкольцем. Как он посмотрит в глаза «изумрудному королю»? Что скажет в свое оправдание? Ведь по инструкции Балуева он не имел права останавливаться ни на Рабкоровской, ни в любом другом месте.
Дурак, ругал он себя. Почему сначала не отвез ее на Западную? Ведь тогда она бы его не выследила!
— Уже освоился? Молодец! — заглянул в гостиную исполняющий обязанности, и Федор обратил внимание на его элегантный, зеленоватого оттенка костюм и яркий галстук.
«В театр он, что ли, ходил?» Это даже несколько раздосадовало парня.
— Сейчас мы с тобой чего-нибудь перехватим и пустимся в путь, — сообщил Балуев, нарезая карбонад тонкими кружочками и укладывая их на хлеб.
От Федора не ускользнуло мрачное настроение начальника. Спектакль ему, видать, не понравился, смекнул он.
— Как поспал? Голова свежая? Томатный сок пьешь? — засыпал вопросами Геннадий Сергеевич, стараясь замаскировать свой внутренний дискомфорт, но получалось наоборот.
Та, которая не отвечала ему взаимностью, сегодня была на редкость холодна. Он приехал к ней с делом, предупредив о визите по телефону. Вероятно, у нее были свои планы. Ему показалось, что она кого-то ждет и хочет поскорее от него избавиться. Тем не менее дело есть дело. Она выслушала с интересом о новых поползновениях Карпиди. С гробовщиком у нее свои счеты. Потом он довольно откровенно посвятил ее в свой план. Она поинтересовалась, согласовано ли это с Мишкольцем. Гена не стал врать. Она попросила дать ей время подумать. Потом извинилась: готовится к приезду из Латинской Америки матери, с которой не виделась несколько лет. В легенду о латиноамериканской маме он не поверил и засим откланялся. Шофера с машиной отпустил, решив немного проветриться. Посидел на скамейке в Ботаническом саду. «Могла бы придумать что-нибудь пооригинальней, чем экзотическая мамаша! — никак не мог успокоиться Геннадий Сергеевич. — Например, приглашена в гости и уже опаздывает! Нет, у нее кто-то появился. Определенно, кто-то есть». И, тяжело вздохнув, он сделал вывод: «Не дай Бог полюбить богатую, независимую женщину! Но ничего, мы как-нибудь с этим справимся…»
