– Итак, – произносит она, – что мы имеем? Вы беспочвенно обвинили нашего повара Артема в попытке вас отравить. Практикуете недолгосрочные отношения с девушками. Употребляете никотин. И, вдобавок ко всему этому, у вас хватило наглости отсрочить мою долгожданную домашнюю пятницу, точнее укоротить ее.
Я не могу разобрать эмоции у нее на лице и виновато сжимаю губы и развожу руки.
– Так себе послужной список, скажу я вам
– Согласен.
Вижу, как на ее губах проскальзывает улыбка. Моя реакция не заставляет себя ждать. Улыбаюсь в ответ.
– Единственное, что вас спасло, так это то, что вы не отбираете честно заработанные деньги у людей
– Это вы про что? – тут же вспоминаю про двухтысячную купюру, – точно. Честно заработанные не отбираю
– Но все же, одного этого маловато будет. Явный перевес в худшую для вас сторону. До метро пешком пять минут. Думаете, хватит, чтоб сравнять счет хотя бы?
Мы начинаем двигаться в сторону подземки.
– Задача, конечно, не из легких. Одна надежда на то, что по пути нам попадутся несколько бабушек, которым нужно будет помочь донести сумки или перевести через дорогу
– Бабушки – это слишком просто, да, к тому же, банально. Их вам до весны придется переводить, чтобы чаши весов выровнялись
– Вам нужны подвиги?
– Почему же сразу подвиги? Можете просто рассказать что-нибудь о себе такое, что заставит меня поверить в правильность моего выбора в сторону прогулки с вами до метро
– Самая нелюбимая часть собеседования. Терпеть не могу такой формат общения на уровне мальчик – девочка
– Да, я тоже такого мнения придерживаюсь, но необязательно ведь цитировать свою биографию. Тем более, что я совсем не это имела ввиду. Достаточно будет хорошей истории о себе, рассказа доброго.
Мы уже на проспекте. С неба уже начинает потихоньку посыпать снежком. Засовываю руки в карманы и сжимаю их содержимое в виде ключей и сложенного ножа для лучшей мозговой активности. Это не помогает полностью сосредоточиться на поставленной передо мной задаче, но я хотя бы не рассыпаюсь под нависшим давлением. Историй то у меня полно. Далеко отматывать не нужно. Правда, навскидку будет тяжело вспомнить хоть одну, в которой можно использовать слово добро. Или в минимальной степени ассоциировать с ним.
– То, что вы не стоите в этой пробке, – указываю на скопление машин в обоих направлениях, – а дышите свежим воздухом и наслаждаетесь снежком, не является для меня плюсом, я полагаю?
– Правильно полагаете. О пробках я думала чуть раньше, и, как вы могли заметить, они меня не напугали. Воздух в центре с натяжкой можно назвать свежим. Снег – это, конечно, романтично, но я не люблю зиму от слова совсем. В планах сделать этот сезон последним, который я провожу в мегаполисе
– Хотите перебраться загород?
– Там, безусловно, снежок вызывает более приятные эмоции, но вы меня недооцениваете. Моя мечта – зимовать там, где температура не опускается ниже плюс двадцати. А у вас есть мечта?
Хороший вопрос. Жаль, ответа на него у меня не находится.
– А она обязательно должна быть?
Кэйти поворачивается, и ее взгляд впивается в меня, как тропический паук в свою жертву
– Если у вас ее нет, советую, как можно быстрее ее создать
– Кэйти, а мы можем перейти на «ты»?
– Сможем, если вы все-таки повлияете на те самые весы. И поторопитесь, мы уже почти на месте
– Это же какая короткая история должна быть, чтоб успеть ее рассказать!
– Хорошей истории не обязательно быть длинной.
Я уже будто ощущаю теплый воздух из вестибюля метрополитена, хотя до него еще метров сто
– Из детства подойдет история?
– Конечно. Это то, что нужно
– А дополнительное время будет? – пытаюсь я оттянуть момент начала своего изложения
Катя улыбается и кивком головы подталкивает меня начать.
– Спасти воробья. Это название истории, – делаю я сноску, – в общем, дело было так. Шел жаркий июльский день, и в нашем дворе планировался очередной футбольный мини турнир. Солнце плавило все. От асфальта исходил пар. О том, чтобы посидеть на металлической крыше гаража – нашем излюбленном месте, речи даже и быть не могло. Я раздобыл несколько пивных бутылок и двигался в направлении ларьков, где на вырученные от сдачи стеклотары деньги, планировал купить мой любимый колокольчик, чтобы утолить жажду после игры
– Я дюшес любила
– Только колокольчик
– Вы категоричны.
Мы уже у входа в подземку.
– Так вот. В те дни во дворе проводились кровельные работы. Повсюду валялись куски гудрона и битумной смолы. Иду я и слышу писк. Смотрю, а это воробей мелкий залез в лужу расплавленной мастики и прилип. Подходу. Дергается, орет, клюв в смоле
– О, Господи! – Кэйти начинает сопереживать птице
– Я наклонился, начал пытаться помочь ему. Смола, как жвачка, тянется. Одну лапу вытащил, он опять ее ставит к остальной массе. Все в момент слипается обратно. В общем, снял с клюва ему битум. За один раз обе ножки его выдернул из смолы, думал пойти за растворителем к отцу своего друга, отчистить остатки, но воробей, только момент представился – свалил
– С кусочками смолы этой?
– Ну да. К сожалению,
Телефон Кэйти издает сигнал. Она достает его и, улыбнувшись, произносит
