— Ну, так я за него. Сам меня предложил, сам поставил. За честь спасибо. И власть поделю, и мордобитие, если надо. Но только ты учти… — Жан Лорентье чуть усилил нажим — и герцог отчего-то побагровел, стараясь всего-навсего не осесть под тяжестью десницы, словно налитой свинцом. — …Я ведь с молотом работаю. Сильней нажму — ключицу сломаю. Потом перед племянницей отвечать придётся… Продолжим?
К чести герцога, надо сказать, на ногах он устоял, лишь сердито повёл плечом — теперь уже просительно.
Кузнец убрал руку
— Я отпустил Марту сюда, — сказал весомо. — Я. На тот момент — ближайший её родственник, тот, кто всю жизнь был ей вместо отца, не забывай. Я, в жилах которого течёт кровь Роанской девы; и в твоей жене она тоже есть, не забывай. Если Лорентье воюют — они дерутся, пока не победят и не коронуют своего короля. Так что засунь свои обиды… куда подальше. Не отпусти я её — она бы сбежала на эту свою войну. Угомонись и выслушай, как оно всё было.
Смерив его взглядом с головы до ног, герцог оценил крепость кузнецовых ручищ… и задумался.
— Не хватало ещё объясняться с Мартой, если я тебя покалечу, — буркнул. Прошёл к креслу у камина, тяжело осел, заложив ногу на ногу. — Итак, я вас слушаю. Объясняйтесь.
Украдкой потерев шею, Генрих благодарно глянул на кузена. Тот едва заметно повёл бровью — не стоит, мол. Свои люди.
Раттусы обменялись понимающими взглядами… и сдержанно хрюкнули.
Ох уж эти люди…
У них даже король странный. Две головы, два туловища… Ужасно неудобно. Вот их двухголовый Янус — самый правильный король, у него все головы вместе. И самый красивый, конечно…
Мировиэль только вздохнул, покидая сознание двух малышей из белого народца.
Вот какие, оказывается, бывают люди… А он-то, добровольно закуклившись, празднуя труса почти полтора десятка лет… сколько упустил, сколько не узнал, не доглядел, сколькому не научился…
Он окинул себя внутренним взором.
Большой Охотничий Зал, равно как и ведущая к нему Гвардейская галерея, сверкали великолепием в ожидании приёма новых подданных новым Князем. Заклинания чистоты просочились в соседние покои и принялись за работу; потом, как закончат, они перейдут к следующим, и уже к утру Мировиэль засияет чистотой и незапятнанной белизной, как сахарный замок. Руины и завалы потихоньку разберутся, затянутся бреши от файерболов в стенах… Вот только с отстройкой новых башен придётся повозиться, но оно и к лучшему, он их усовершенствует.
А что касается дневников…
Кое-что замок, конечно, знал. Например, о тайном ящике в секретной комнате Мастера. Но пригодится ли его знание хозяину? Ящик закрывался магически, а ключ от него был вделан в кинжал, который дю Гар всегда носил при себе. И который не так давно бесследно сгорел вместе с ним в драконьем пламени.
Правда, был ещё один такой же. Он, Мировиэль, ещё не зная о тайной сущности ножа, однажды подкинул его под ноги убегающей из замка Мелисенты, чтобы в опасных катакомбах у женщины было с собой хоть какое-то оружие.
А вот куда он подевался дальше — неизвестно. Возвратилась Молли уже без него…
…А всё-таки хороший городок — Роан!
Винсент Модильяни, щурясь от яркого, но давно не жгучего сентябрьского солнца, с удовольствием любовался чистыми улицами, чистыми мостовыми, которые в хорошую погоду иногда даже мелись, чистенькими служаночками, спешащими с рынка домой с корзинами, полными снеди и зелени, чистенькими вывесками гостиниц и лавок. Как всё-таки возвышает и будоражит ощущение причастности к великолепно сделанному делу! Даже мир вокруг становится прекрасен, и начинаешь видеть в нём и красоту, и поэзию, и незаметные на первый взгляд мелочи, делающие жизнь, в общем и целом, весьма неплохой штукой… И можно вполне заслуженно какое-то время почить на лаврах. Одна война так и не состоялась, другая, о победе в которой пока мало кто знает, закончилась молниеносно, и враг разбит наголову. Отлично.
И уж к первой-то операции он лично приложил руку.
В Некрополис, к сожалению, Винс не успел: герцог, едва не взбесившись при известии о кознях дю Гара, протянувшего лапы к отраде его сердца, умчался вперёд один, а уж Винсент прибыл к шапочному разбору. Пришлось всё же проехаться со своими ребятами по городу пару раз, показательно усмиряя наиболее горластых и строптивых горожан… Паршивая работёнка, но нужно было подучить местный караул грамотному общению с так называемой толпой, у которой всегда находятся поводыри и ведущие; убедиться, что гарнизон справляется со своими обязанностями должным образом; а потом уже отъехать. Лурье в этом отношении больше повезло. Его выдернули из Роана — и сразу направили в самую схватку, рубиться с нежитью и некромансерами. Что ж, лейтенант не в первые показал себя молодцом; ещё немного — можно говорить о повышении в звании.
