Вечернее серо–черное небо, покрытое пеленой из сизых туч, разукрасилось всеми возможными цветами радуги, стоило только всей толпе оказаться на веранде. После каждого хлопка, доносившегося с противоположного конца огромного участка, в небе начинали мерцать разноцветные искры. Зеленый. Хлоп. Золотистый. Хлоп. Красный. Глаза наполнились слезами от всего этого обилия красок.
– Охренеть! – Рома перехватил мое тельце на другое плечо, – Это ваще–е… Респект Маринке!
– Ро–ом! У меня уже голова кружится и очень холодно! Верни мое тело туда, откуда взял!
Для верности я принялась колотить парня по спине своей немаленькой сумкой, как наездник лошадку.
– А я тебя сейчас греть с–собираюсь!
Парень, все еще крепко сжимая мои ноги, устойчиво протаранивал нам дорогу сквозь собравшуюся толпу, орудуя свободной рукой. Удивительным было уже то, что после такой огромной дозы алкоголя он вообще стоял на ногах, умудряясь не падать. Приподняв голову, я заметила, что мы направляемся к шикарной деревянной лестнице, ведущей на второй этаж.
– Эй! Куда ты меня тащишь?! Что ты там задумал?
– Тебе понравится моя задумка, – Рома явно не был настроен на долгие разговоры.
Вот черт! Все происходило совершенно не так, как я себе представляла. И это меня пугало. В мои планы входило напоить Рому, дождаться момента, когда количество выпитого свалит его с ног, а затем сделать пару фото его голой задницы (не обязательно задницы) или снять веселенькое видео. В общем, планировалось действовать по ситуации. Но Рома еще на ногах, более того, умудрялся тащить меня вверх по лестнице. Похоже, что весь алкоголь для него был все равно, что слону дробина. Черт! Как я могу справиться с таким огромным бугаем?! Руки прижимали к себе сумку, нащупывая внутри свой телефон. Еще не поздно вызвать службу спасения…
После подъема на второй этаж Рома довольно уверенно направился по светлому коридору и потянул на себя вторую по счету дверь. Что она могла скрывать за собой? Конечно же, спальню! Причем в этом помещении явно давно не было посетителей, так как в комнате неприятно пахло затхлостью и каким–то резким моющим средством. Но вот удивительно! Именно в этой спальне был включен свет. Рома скинул меня прямиком на кровать.
– Ты, наверное, устала? – Рома наклонился прямиком надо мной, заставляя мое сердце биться в три раза чаще. От страха, конечно же.
– А ты что, хочешь спеть мне колыбельную?
По идее я и правда должна была сейчас вырубиться, но
параллельно выуживая свой смартфон, а затем резко перевернулась на живот, чтобы скрыть от глаз парня свои манипуляции с телефоном. Пальцы в этот момент включали камеру, на всякий случай.
– Можно и так…
Парень развернул меня к себе лицом.
– А есть какие–то еще предложения?
Так, камера включена. От этой мысли становилось немного спокойнее. Начнет домогаться – вызову полицию и покажу запись. Точно. Хорошая идея.
– Есть одно предло–зж–ение, – Роман принялся расстегивать рубашку, но пальцы его слушались крайне неохотно, равно как и язык.
– Ты решил показать мне стриптиз? – я наивно захлопала ресницами.
– Да–а, коне–ечно, и не только… – парень принялся довольно неуклюже двигать плечами, видимо решив добавить в свое выступление нотки эротики. Но меня начал распирать смех, потому что все его попытки меня соблазнить были перечеркнуты огромной дозой алкоголя, который, видимо, именно сейчас достиг его воспаленного мозга. Если, конечно, под его черепной коробкой был этот самый мозг. В чем я сильно сомневалась.
Рома, застряв на третьей пуговице, решил, что нет никого романтичней парня, рвущего на себе одежду. Хотя, не исключаю, что это просто был жест ярости. Но рубашка оказалась не так проста! Манжеты тоже не хотели расстегиваться, и Рома принялся скакать по комнате в попытке разорвать рукава. Но и рукав оказался хитрее, и мой доблестный рыцарь завалился прямиком на свою пятую точку, под свои же громкие ругательства. Надеюсь, мой телефон не разрядится на самом интересном месте.
Кое–как справившись с несчастной, разодранной в клочья рубашкой мой горе–рыцарь принялся за брюки. Но голым торсом Романа я могла любоваться ровно до того момента, пока парень не принял опрометчивое решение просто стянуть джинсы вниз. Эта часть гардероба оказалась самой коварной, потому как в попытке полностью освободить свои ноги Роман потерял равновесие и на долю секунды завис, размахивая руками, а затем рухнул вперед, скрывшись от меня за кроватью. Парень будто участвовал в соревновании по прыжкам в воду, ей богу. Красиво летел! Грохот раздался такой, что у меня появились сомнения, выдержали ли перекрытия в этом доме такой накал страстей в этой гостевой спальне.
Я успела досчитать до десяти, но никаких звуков, телодвижений и вздохов с пола не доносилось. Вот черт! Неужели этот дуболом умудрился потерять сознание от удара об пол? Пришлось остановить запись на телефоне и слезть с кровати.
