Наш современник, когда-то возродившийся в теле юного ацтекского воина Асотля, через полтораста лет после смерти вновь обретает жизнь. На этот раз он – Куатемок, племянник великого императора ацтеков Моктекусомы, по всем законам единственный наследник трона. Однако, несмотря на молодость, принц Куатемок слишком умен и независим, влиятельные жрецы хотят от него избавиться и посадить на трон своего человека, послушную марионетку.А на дворе уже 1519 год. До императора ацтеков доходят слухи о появившихся на побережье странных бледнолицых людях, которых властолюбивые жрецы решили использовать в своих интересах. И только Куатемок хорошо знает, чем закончатся все эти интриги, ведь странные бледнолицые – конкистадоры, а их предводитель – Кортес! Очень и очень скоро великое царство ацтеков перестанет существовать, а его блестящая столица Теночтитлан превратится в груду развалин. И Куатемок начинает действовать – бороться за свою новую родину, за своих друзей, за свой народ. К тому же, есть еще одна девушка… впрочем, даже две…
Это вроде как сон, давний кошмар, такой жуткий, он преследует меня ночами, а порой мучает и днем.
Чернота, неведение, не жизнь…
И вдруг – какие-то разговоры, чьи-то слова… Они донеслись издали, приглушенно-гулко, словно бы звучали в каком-нибудь подземелье… Наверное, это и было подземелье… Храм…
Храм…
Точно – храм!
Темные своды, горящие смолистые факелы, каменные идолы жестоких богов… И круглые плиты с привязанными к ним молодыми людьми – полуголыми черноволосыми юношами… Зачем они здесь? Почему?
О боги! Эти плиты – жертвенники, а юноши – жертвы! Вот и жрецы – гнусные, с выбритыми висками, в заляпанных кровью накидках из человеческой кожи!
Господи, опять этот кошмар?
Что же, Кецалькоатль не победил? Все оказалось напрасным?
– О великий предок! – Упав на колени, красивый молодой человек в богатом, из перьев кецаля, плаще вытянул вперед руки. – О великий Асотль, услышь меня! Обращается к тебе Куатемок, внук великого тлатоани Ауисотля, племянник Моктекусомы… Этих пленников-тлашкаланцев, – молодой человек кивнул на жертвенники, – я дарю тебе. Прими их сердца и души, поверь, это были достойные воины и было очень непросто захватить их в плен.
Куатемок?
Это имя ничего не говорило Асотлю… Великому Асотлю, надо же! А вот Ауисотль… Кажется, этот тлатоани тоже обращался с молитвой… и не раз… Лет пятьдесят назад. И до него – обращались тоже. Только тогда это было не так… Не так отчетливо, а словно бы в дымке… Асотль как будто просыпался, слушал… И снова впадал в многолетний сон… или даже – во многовековой?
Асотль… Когда-то он тоже был тлатоани, великим правителем молодого народа ацтеков, также именующихся мешиками по имени их легендарного вождя Меши. Да, когда-то Асотль был повелителем, строил Теночтитлан, издавал законы, правил… Приходилось и воевать. Он пытался, изо всех сил пытался очистить свое царство от крови, от жутких мистических оргий, проводимых жрецами во славу жестоких богов. Тескатлипока, Уицилопочтли, Тлалок… Пожалуй, только Кецалькоатль – «Пернатый Змей» мог обходиться без человеческих жертв. И Асотль приказал заменить человеческие сердца цветами…
Борьба с влиятельными жрецами оказалась очень и очень непростой, правда, было на кого опереться – на молодых и верных друзей, на хитрого и коварного жреца Куэкальцина Четыре Пера, на Тла-Тла – юную служительницу богини порока и удовольствий, на Ситлаль, наконец, обожаемую супругу, Звездочку – именно так переводилось ее имя. Дочь Ачитомитля, правителя Колуакана, стала верной женой и неоценимым помощником Асотля во всех его начинаниях.
Ситлаль… Звездочка…
Нежность охватила все существо Асотля, и лишь громкие слова молящегося Куатемока снова вывели его из забытья…
– …моего великого дядю, тлатоани Моктекусому…
Что-то здесь было не так!
Дрожащий свет факелов, запах сосновой смолы и запекшейся крови, жертвенники, жрецы… Все как обычно. Но все же, все же!
Жертвенники!!!
Ну да… Их здесь – раз, два, три… семь. Три плиты слева, три – справа, ко всем привязаны пленники, около каждого – нетерпеливо переминающиеся с ноги на ногу жрецы с обсидиановыми ножами. Ишь, ждут, сволочи…
Не перевелись!!! Так-то мешики выполняли его, великого Асотля, заветы!
Жертвенники… Круглые, с резными узорами плиты. Три – слева, три – справа. Шестеро юношей… Шесть – не очень-то счастливое число, куда лучше было бы пять, семь или девять.
Семь… Семь плит – семь жертв… И одна – в центре – пустая! Непонятно… Мало того – неправильно!
Ого!!!
Четверо жрецов – отвратительных, пропахших человеческой кровью чудовищ – незаметно окружили молящегося. А тот их не замечал!
– …И еще прошу тебя, великий предок…
Нет!!!
Вот, наконец заметил! И рванулся в сторону…
Вернее, попытался…
Четверо жрецов накинулись на него, хватая за руки и за ноги, вот уже потащили к жертвеннику, распяли…
– Прими, великий Асотль, самую главную жертву! – Цинично усмехнувшись, один из жрецов – самый пакостный и безобразный – выхватил из-за пояса нож из вулканического стекла…
И тут же ударил…
Но тот, что на жертвеннике, дернулся… И нож проскочил мимо сердца… Совсем непозволительный промах для жреца!
Правда, Асотль уже этого не видел. Он вдруг ощутил боль! Боль в левой стороне груди, как будто это его сейчас чуть не убили, его, а не этого парня…
Именно так! Его!!!
Ракурс сменился! Перед глазами Асотля возникли темные своды пещеры… И жрец… И нож… Снова приближающийся к сердцу.
Думать и рассуждать сейчас было некогда – Асотль рванулся изо всех сил, с удовольствием ощутив послушное молодое и сильное тело…
Ага! Одна из связывающих его веревок лопнула, освободив руку…
К которой тут же рванулись жрецы…
Однако не на такого напали! Асотль вовсе не стал их дожидаться, заехав главному жрецу – самому безобразному – кулаком в ухо.
Хороший оказался удар, еще бы!
