Прошел месяц, второй, запасы истощились, голод усилился. А Альмагро не возвращался. На этот раз его встретили в Панаме крайне неприязненно. Губернатор не только не разрешил ему вербовать солдат, но и самому Альмагро запретил покидать Панаму. А на остров Гальо он послал собственные корабли под командой капитана Тафура с приказом вернуть остатки экспедиции Писарро в Панаму, даже если для этого понадобится применить силу. Подавляющее большинство ослабевших, изголодавшихся людей на острове Гальо встретило Тафура как своего спасителя. Но некоторые проявили упорство. И тут Писарро произнес свой широко известный драматический монолог. Выхватив из ножен огромный меч, он провел им черту на прибрежном песке и сказал: «Вот север. Это путь к Панаме. Кто пойдет на север, вернется к лишениям и бедности. А это юг - там Пиру со своим золотом, со своими сокровищами. Выбирайте. Я выбираю юг». И он перешагнул черту. За ним последовали грек Педро де Кандиа, еще один офицер - Родригес де Вилья и одиннадцать солдат. Итак, всего, включая Писарро, четырнадцать человек! Верность Писарро сохранил и Бартоломе Руис. Теперь он вынужден был на своем корабле вернуться вместе с Тафуром в Панаму, чтобы рассказать о намерениях Писарро патеру Луке и, главное - Альмагро, от которого целиком зависела дальнейшая судьба всего предприятия.
Корабли Тафура и Руиса отплыли в Панаму, оставив кучке смельчаков лишь небольшое количество риса. Положение их стало еще труднее. Теперь их мучил не только голод, но и страх. Ведь на острове Гальо завоеватели обращались с индейцами ничуть не лучше, чем в других местах. Все это побуждало их скорее покинуть остров. Но как это сделать? Ведь у Писарро теперь не было корабля. Наконец они решили соорудить небольшой плот, и морское течение отнесло их к находившемуся неподалеку необитаемому острову Горгона. Так завоеватели превратились в робинзонов. Они построили себе хижины и стали ждать возвращения Альмагро, пополняя свои скудные припасы охотой.
Семь месяцев провел Писарро с тринадцатью товарищами на этом острове. Наконец по прошествии двухсот дней приплыл из Панамы корабль, снаряженный двумя другими членами триумвирата. Командовал им Руис, Альмагро на борту не было.
И снова Писарро с горсткой своих верных соратников и несколькими десятками людей из команды Руиса отправился в поход на Тауантинсуйу. Ближайщая их цель - сказочный Тумбес.
И они достигли его после двадцати дней плавания. Город этот находился в той части Тауантинсуйу, которую присоединил к империи предпоследний инка (юг и запад нынешнего Эквадора). Тумбес был построен незадолго до появления Писарро и целиком возведен из камня. Окрестные поля прекрасно орошены и хорошо возделаны. Когда жители заметили в заливе огромный удивительный корабль, они послали к нему бальсу с воинами. Но переводчики Писарро убедили их, что белые люди пришли к ним сюда «как друзья».
Тогда к Писарро явился местный курака со множеством даров. Как раз в это время в Тумбесе находился один из рода Больших ушей, принадлежавший к семье инки. Он тоже посетил конкистадора. Писарро дружески потчевал его вином, которое очень понравилось, и подарил ему железный топор. Это было первое железо, попавшее в Тауантинсуйу! Так Тумбес и экспедиция Писарро прощупывали друг друга. Жители Тумбеса в свою очередь позвали испанцев в гости. В первый день Писарро послал в город двух своих людей - Альфонсо де Молино и негра из Панамы. Необыкновенный цвет кожи обоих посланцев Писарро и великолепная борода Молины, можно сказать, покорили сердца жителей Тумбеса. Многие горожане пробовали стереть с лица негра черную краску, а когда это им не удалось, дивились еще пуще. Уважение к полубожественным пришельцам все росло. Но испанцев, естественно, куда больше, чем знаки почтения, интересовало золото. И они обменивали на него все, что имели, Тумбес стал первым успехом экспедиции Писарро. Испанцы увозили не только золото и драгоценные камни, но и запасы провизии и даже… живых лам. Писарро прихватил на корабль также нескольких индейцев, чтобы сделать из них переводчиков. Один из этих индейцев, Фелипильо, позднее особо способствовал успеху предприятия Писарро.
Экспедиция отправилась еще дальше к югу. Обогнув Агухский мыс, она достигла залива Санта. Только после этого Руке повернул кормило на 180°, и конкистадоры поплыли «домой», в Панаму.
Участники экспедиции добились определенных успехов. Тем не менее Панама и ее губернатор Педро де лос Риос встретили прибывших скорее с удивлением, чем с радостью. Ведь все считали Писарро и его сподвижников давно погибшими. А о новой экспедиции де лос Риос и слышать не хотел. Положение оказалось более сложным, чем вначале. И тут хитрый патер Луке дал добрый совет: пусть Писарро едет к королю…
Члены триумвирата собрали деньги на дорогу, и вот Писарро с Педро де Кандиа, несколькими ламами, а главное - с грудой тумбесского золота направляется в Испанию, в Толедо, к Карлу V.
