И всё это за несколько часов? Уж больно они к такому случаю хорошо подготовились.
Впрочем, те трое говорили о том, что это часть плана. Передовой отряд, догнавший нас, с самого начала ожидал, что мы их либо поймаем, либо убьём. Вспоминаются новости моего мира о фанатиках, привязывающих к себе бомбы, которым обещают после смерти гарантированное попадание в рай.
— Вот изображение с кристалла, хранящее память о последних секундах жизни стражи принцессы! Рыцарь, донёсший кристалл до замка, погиб героем.
Дальше — больше. Из кристалла спроецировали мою голограмму.
На сцене, которую она изображает, стою окровавленный я с перекошенным от злобы лицом, и держу за шею вторую принцессу.
...Так их ещё и подделывать можно?
Это «последние секунды жизни» тех типов, которые удирали от меня, точно перепуганные зайцы?
Больно бодрыми они были для умирающих, я вам скажу.
Впрочем, похоже, что подделать можно не всё. Приглядевшись, нетрудно увидеть, что лицо пойманной принцессы изображает не ужас, а удивление. Кстати, если изображения можно подделывать, то зачем было пытаться убивать её на моих глазах? Ничего не понимаю.
— Он передвигается на повозке, которую тянет демоническая птица необычной внешности. Любой, кто увидит его, должен немедленно сообщить.
На голограмме виднелась и Фиро, но лицо ей сделали похищнее и научили плеваться ядом. Поздравляю, Фиро — твоя фальшивка, как ты и мечтала, может им плеваться.
Впрочем, если они записали в кристалл облик Фиро, то перемещаться мне будет сложно. Возможно, стоит использовать её, чтобы отвлечь внимание противников.
— Таким образом, Фиро, теперь мы будем действовать порознь.
— Не хочу-у!
Вернувшись после разведки, я объяснил Фиро, что она привлекает слишком много внимания, и поэтому нам нужно разделиться.
Фиро с повозкой будет отвлекать внимание врагов, а мы за это время сбежим. Затем Фиро бросит повозку и догонит нас. С учётом того, что повозка всё это время будет пуста, скорость у неё будет огромной.
Но хоть я и объяснил это ей, она никак не соглашалась.
— Мы ничего не можем с этим поделать. Ты слишком выделяешься.
В том смысле, что она редкий монстр. Её даже называют божественной птицей святого.
— Мне ведь просто нужно выглядеть по-другому, когда рядом люди, правда? Это я могу!
— И как же ты...
Не успел я договорить, как она засветилась и начала превращаться.
Наверняка же собирается тянуть повозку в облике человека. И тогда её шея и лапы вдруг удлинились.
— Гуэ-э-э!
Фиро превратилась в крупного страуса — вернее, в обычного Филориала.
Однако по размеру она, пожалуй, всё равно значительно превосходит прочих.
— Так ты и такое умеешь?
— Гуэ-э-э!
Кивок.
— А с голосом у тебя что?
— Гуэ!
— Ясно, так в этой форме ты разговаривать не можешь.
Видимо, эту форму она принимать не очень любит.
— Фиро-тян, ну ты даёшь!
Глаза принцессы засверкали, и та принялась играть с Фиро.
— Гуэ-э-э!
Ну, по крайней мере, я её резкий пронзительный голос слышать не буду, и на том спасибо.
— В этой форме и оставайся. Так ты тише.
— Гуэ!
И она схватила лапой мою голову. Поскольку Рафталия и Фиро редко нарушают правила, она наверняка забыла, что атаковать меня строго запрещено. Не успела она сделать хоть что-то, как печать дала о себе знать и заставила её повалиться на землю.
— Гуэ-э-э?!
— Фиро-тян?!
— Что ты возмущалась-то?
— Не мучайте Фиро-тян!
— Я и не мучал. Просто она атаковала меня, и сработала рабская печать.
Я ведь просто сказал ей, что так мне она нравится больше, чем когда несёт чепуху в форме человека. Не знаю, как Фиро, а мне эта её форма по душе. От домашних питомцев на душе становится легко как раз потому, что они не умеют разговаривать. Если животное превратится в ребёнка и начнёт капризничать, то будет только раздражать. Ну, ухаживать за ней я, правда, всё равно не перестану.
— Ей же больно!
— Сама виновата.
— У-у...
Как удивительно, что вторая принцесса так беспокоится о ней. Может, это потому, что они и правда подруги, сумевшие найти общий язык?
— Значит так: сейчас слегка замаскируемся и посмотрим, что получится.
В конце концов, я ведь уже много времени скрываюсь под личиной святого, так что как-нибудь справимся.
— Рафталия... можешь нарядиться во что-нибудь ветхое и надеть шляпу?
Вот так мы с принцессой укрылись в глубине повозки, которую повезла перекинувшаяся Фиро и повела переодетая Рафталия.
Часть, не вошедшая в ранобэ
— А...
Рафталия встретилась глазами с селянином.
— ...
— ...
Мы молча проходим мимо.
— ...
— ...
Металлическая повозка ехала по деревне, наполненной солдатами-часовыми.
— Стойте.
Мы остановились.
К нашему разоблачению я уже подготовился, но местные вояки не станут для нас проблемой.
— З-здравствуйте. В чём дело?
— Подозрительно качественная повозка. Правда, демонической птицы я не вижу...
— Н-нет, ничего такого. Я просто торговка.
— Хо... Могу я проверить, что внутри?
Опасно.
Солдат положил ладонь на дверь повозки.
Как быть? Меня, может, и пронесёт — я в обычной одежде, а Щит в форме книги — но принцессу распознают незамедлительно.
— Ах! — вдруг обронил селянин, который обменялся с Рафталией взглядами.
— Что такое?! — повернулся к нему солдат.
