«Кажется, все наконец уснули, и у меня есть несколько свободных минут.
Сначала я вернусь на несколько дней назад, к моменту, когда решила тайком встретиться с Майлзом.
Не стоило этого делать. Я совершила ошибку, думала только о себе, не учла, что Эни может нас увидеть. Она решила, что я предала ее. Так и есть, но теперь уже поздно сожалеть. Ничего не исправить. Эни имела право на злость и месть.
Она рассказала отцу про нас с Майлзом, и папа снова запер меня в подвале, а перед этим сорвал всю одежду и избил толстой веревкой. Я не плакала, мне хотелось этой боли, она отключала другую – ту, что разрывала на части сердце. Лучше бы оно остановилось там, в темноте, где меня бросили без еды и воды. Я впервые искренне молилась проклятому богу, я умоляла его о смерти, но он не услышал, и даже Зверь не появился, чтобы насладиться видом моих мучений.
О Майлзе я почти не думала. Где бы он ни был, его судьба предрешена. «Путники Света» могут предложить чужаку только два выхода: умереть или присоединиться к ним. Майлз не похож на того, кто готов умереть в семнадцать, остается только один путь: остаться здесь навсегда и стать одним из рабов общины. Мне его не жаль, потому что через год, максимум два от Майлза, которого я успела узнать, ничего не останется. Зверь умеет убеждать, одурманивать и соблазнять. Он заставит Майлза поверить, что это был его выбор.
Больше всего меня грызла тревога за Эни. Гнев отца мог сотворить самое страшное. Она осталась совсем одна в логове обезумевших сектантов. Без защиты, помощи, связи с внешним миром. Я держала ее незапятнанный образ в своей голове, пока мой рассудок не накрыла тьма, и когда решила, что от меня отвернулся даже дьявол, внезапно вспыхнул свет.
Это была Аннабель.
Она пришла за мной в ад и забрала с собой. Клянусь, что однажды сделаю для нее то же самое, а если понадобится – займу ее место».
– Почему ты остановился? – Пошевелившись, Аннабель поднимает голову с моего плеча, вопросительно заглядывает в лицо, а потом переводит озадаченный взгляд на закрытый блокнот.
– Это была последняя страница, – тихо отзываюсь я, осторожно убирая прядь волос с ее лица.
– А как же конец истории?
– Это он и есть, – глухо говорю я, после чего поднимаюсь на ноги и протягиваю Аннабель руку, помогая ей встать. – Больше записей нет.
– Но там нет ответа на главный вопрос, – растерянно произносит Анна, наверняка чувствуя себя обманутой.
– Какой вопрос является для тебя главным? – мягко уточняю я, крепко сжимая ее ледяную ладошку.
– Где Мириам? Что с ней произошло?
– Я ее нашел, Эни. – Я затягиваюсь очередной сигаретой, не отводя взгляда от потрясенного лица Аннабель.
Она вырывает руку, отшатнувшись назад. Несмотря на окружающую нас тьму, я вижу, как бледнеет ее лицо, а растерянность в распахнутых глазах сменяется страхом.
