Начался самый процесс кремации. Гигантское сооружение было подожжено все целиком. Вспыхнувший костер ярко осветил далеко не скорбные лица родственников покойного и других присутствующих. Сюрприз следовал за сюрпризом. Еще до того, как башня и саркофаг сгорели, группа молодых парней ринулась к башне и стала ее разрушать. Минут через сорок от пышного сооружения остался лишь пепел, который собрали в специальные сосуды и снесли на берег моря. Группа мужчин с громкими криками села в лодки и развеяла пепел над водой как можно дальше от берега, где в глубине якобы обитают злые духи. За ними вплавь поспешили мальчишки. Они подбирали высыпавшиеся из пепла обгорелые бронзовые монетки, которые затем будут проданы иностранным туристам.
Мне удалось выяснить, что большинство старинных китайских монет, используемых в качестве жертвоприношений на Бали, было отчеканено в начальный период правления Цинской династии (XVII век). Попадаются, но реже, монеты времен династии Мин (XIV–XVII века), когда император Юн Ло шестьсот лет назад снарядил в Южные моря экспедицию адмирала Чжэн Хэ, который затем был причислен к лику святых. Мне довелось видеть статую Чжэн Хэ перед китайской пагодой Сампо в Семаранге, построенной для увековечения памяти адмирала местной китайской общиной несколько веков назад. Чжэн Хэ посетил Семаранг в 1413 году. Побывал он и на Бали. Китайские монеты имели хождение на Яве и Бали со времен империи Маджапахит вплоть до голландской колонизации Индонезии. Со временем китайские монеты приобрели религиозный, ритуальный характер. Ни императоры, ни адмирал, конечно, не могли и представить, что выпущенные ими деньги через многие столетия будут использоваться на далеком острове Бали в качестве даров богу ада Яме. Что же касается самих балийцев, то они и знать не знают ни о каких китайских императорах и адмиралах. Они уверены, что бронзовые монеты были им ниспосланы небом, точнее, небожительницей, богиней денег Мерчу. Богиня время от времени посылает балийцам эти монеты, а они и не думают, что этот денежный дождь может когда-нибудь иссякнуть.
Согласно представлениям балийцев, после смерти человек должен вернуться к своей изначальности, что совершается через обряд кремации. Пепел растворяется в воде. Вода испаряется и возносится на небо в виде души умершего. На этом кончается церемония кремации. Правда, родственники и друзья покойного в течение нескольких месяцев еще не раз будут устраивать различные дорогостоящие обряды — поминки по умершему. Только после этого считается, что душа прошла все земные очищения и может спокойно поселиться в потустороннем мире впредь до очередного перевоплощения и возвращения на землю. На этих церемониях я не присутствовал. Но я был свидетелем одной исключительно редкой церемонии, приуроченной к вступлению в новый век по календарю Соко (в 1979 году). Это была церемония братских похорон, когда в один день кремировали останки тысяч и тысяч бедных балийцев, умерших на протяжении нескольких десятилетий, но над которыми не был совершен обряд кремации по причине их бедности. Все это время их останки пролежали в земле.
Доводилось мне бывать и на обряде наречения именем младенца у балийцев. Заходите к нам завтра, если хотите посмотреть обряд «крещения» на балийский манер, — предложил мой старый знакомый Густи Ктут Калер, когда я заглянул в его художественный салон в Убуде во время очередного приезда на Бали. — Завтра, — продолжал он, — исполняется ровно месяц и неделя со дня рождения моей младшей дочки, и мы устраиваем жертвоприношения богам.
В пять часов вечера я был в уютном доме Густи Ктута. До начала церемонии оставалось около часа, Устроившись в удобных ротанговых креслах, мы пили ароматный чай с жасмином.
— Какое имя вы выбрали для дочери? — полюбопытствовал я.
— Это решат боги во время обряда жертвоприношения, — ответил Густи Ктут. — А каким образом вы узнаете волю богов?
— Это очень просто. Мы назовем девять имен, а священник напишет каждое имя на отдельном листе пальмы лонтар. Один конец листьев он обернет ватой, пропитанной кокосовым маслом. Затем зажжет факелы. Тот, который сгорит последним, и даст имя дочери.
— Значит, ваше желание не будет принято во внимание? — спросил я.
— Почему же? Будет. Мы поступим так, как в таких случаях поступают все на Бали. Имя Чемпака, которое мы хотим дать дочке, священник напишет на самом длинном листе, который сгорит последним.
— А что на это скажут боги?
— Боги у нас добрые. Злых же духов мы задобрим жертвоприношениями, напитками и музыкой.
