Западные наблюдатели в Белграде, в частности посол Франции П. Бодэ, отправивший в октябре 1950 г. в Париж телеграмму с заметками на эту тему, отмечали, что внутри югославского руководства существуют две группы с несколько разными подходами к проблеме отношений с Западом. Посол считал, что руководство ФНРЮ едино во мнении о разрыве с Москвой, но одна его часть выступает за опору на собственные силы и подчеркивает опасность для существующего режима в слишком тесном сотрудничестве со странами Запада, в то время как другая, наоборот, считает, что за минимальные уступки можно получить от США, у которых нет агрессивных намерений по отношению к Югославии, изрядную помощь. Сложную экономическую ситуацию в стране, как полагают сторонники данного взгляда на проблему, невозможно решить без западной поддержки. Эта группа, по словам посла, была представлена в правительстве теми, кто отвечает за экономику, промышленность и оборону. Тито, не высказываясь определенно за ту или иную группу, делит свои симпатии со второй, показывая, время от времени, в каком направлении идут его мысли73.
Другие материалы, в том числе и публичные выступления Тито того периода, подтверждают версию французского посла. Тщательно просчитанный прагматизм югославского руководителя, использовавшего американскую заинтересованность в разрыве Белграда c Москвой для укрепления безопасности своей страны и продолжения строительства социализма, но уже с югославской спецификой. Это находило поддержку в компартии и у значительной части общества. Зондаж морально-политического состояния югославянских народов, предпринятый английскими и американскими дипломатами в начале 1951 г., говорил о популярности Тито у югославов, даже среди антикоммунистов. Отмечалось, что его спокойствие и твердость в кризисной ситуации способствовали укреплению единства нации и уменьшению национальных и идеологических различий «перед лицом общего врага»74.
Анализ ситуации в Югославии, проведенный госдепартаментом и британским МИД, и их оценка способности ее армии оказывать сопротивление внешней агрессии должны были дать политикам и специалистам по военному планированию дополнительный материал для выявления сильных и слабых сторон вероятного партнера Греции и Турции, и, конечно, западных держав, по формируемому региональному блоку. Югославская армия насчитывала в то время 32 дивизии численностью 400 тыс. человек, к которым, после частичной мобилизации, проведенной в декабре 1950 г., как о том оповестил госдепартамент МИД ФНРЮ, было добавлено еще 200 тыс. резервистов. Британский посол Ч. Пик отмечал в своем докладе в Лондон, что это позволит югославам защищаться в течение нескольких месяцев, учитывая, что три четверти территории их страны занимают горы75.
Посол США Дж. Аллен на запрос госдепартамента о ситуации в наиболее угрожаемых районах Югославии сообщал о высоком моральном духе населения в Македонии, Воеводине и других приграничных районах. «Югославы не боятся нападения стран Информбюро и никогда не примут московской доминации», - отмечал посол. В его сообщении говорилось об уменьшении религиозной враждебности между сербами и хорватами. Касаясь Македонии, он подчеркивал особую удовлетворенность македонцев тем, что они получили республику и культурную автономию. Болгарская же пропаганда, преследующая цель подорвать преданность македонцев ФНРЮ обещаниями об объединении Македонии и ее суверенитете, как подчеркивал Аллен, не имела успеха76.
Окончательное решение о членстве Греции и Турции в НАТО, как и начавшиеся программы экономической и военной помощи Югославии, побуждали западных дипломатов и военных ускорить разработку планов интеграции ФНРЮ в военно-политические структуры Запада. Процесс развивался параллельно в двух направлениях: США и Британия поощряли Грецию и Турцию выступать с собственными инициативами по сближению с Югославией, а сами весной-летом 1951 г. договорились предложить Тито начать переговоры о совместном стратегическом планировании. Британцы рекомендовали также привлечь и Францию, как это уже планировалось в связи с оказанием трехсторонней экономической и военной помощи. Форин Оффис, кроме того, просил своего посла в Вашингтоне посоветовать госдепартаменту стараться любой ценой избегать в переговорах с югославским руководством темы прямого включения Югославии в НАТО77. Это позволяет предположить, что в Белграде тогда уже окончательно сложилось негативное отношение к участию в Североатлантическом блоке.
