— Мартин, — устало сказал Шикан, с трудом разлепляя пересохшие губы и продолжая гладить холодную руку Кенни. — Не твоё это дело — думать. Это не месть. Не месть. Мы должны устанавливать порядок уже сейчас, и мы должны показать им, что убивать людей запрещено. Если бездомные расползутся и расскажут, как убивали человека, им поверят, и поверят в то, что это можно провернуть безнаказанно. Тогда вместо нового порядка мы получим гражданские войны. Никто из убийц Кенни не должен выжить, никто не должен узнать об этом убийстве.
Морт пожал плечами:
— Но… равенство… Кеннет искал равенства…
— И умер счастливым оттого, что был человеком, — отрезал Шикан, — я воспитывал его и знаю, что он думал и чего на самом деле хотел. Идите.
Морт наклонил голову и вышел, Эру последовал за ним.
Шикан недолго оставался один. Из боковой ниши выбрался Джон Доу, бледный и с трясущимися руками. Даже на расстоянии теперь был слышен свист, с которым работали его легкие.
— Что это значит? — спросил он, остановившись подальше от кровати и стараясь не смотреть на тело Кенни.
— Каждая эпоха оставила своего Инженера, — отозвался Шикан, нащупывая на столике розовую таблетку и закидывая её в рот. — И Инженер Конструкта тоже все ещё жив, Джонни Крэйт Доу.
Джон вздрогнул, услышав своё полное имя, никем прежде не называемое.
— Инженер Конструкта? — шепотом спросил он. — Он запустил Спираль? Он хочет нам помешать?
— Возможно, — мрачно ответил Шикан, перебирая пальцы Кенни, — а может, он просто скончался от сердечного приступа и придавил собой пульт управления Спиралью. Я не знаю точно, но не исключаю и такого варианта.
— Зачем?
— Этого нам не понять, — ответил Шикан, стирая с губ кровавую слюну. — Он мыслит категориями конструкта, а я никогда не дружил с логикой этой эпохи. Джон, я полагаюсь на тебя. Спираль оттащила клинику на несколько километров к югу, но нас все равно скоро найдут, координаты уже известны. Скорее всего я погибну, и меня это не тревожит.
Он задумчиво посмотрел на Кенни и стиснул зубы.
— Не так все это должно было случиться, но ничего выходящего за рамки не произошло… Отправляйся к Эвилу, скажи ему, чтобы заканчивал с реконструкцией Караги и ускорил работу с его зарядным устройством. Бери их обоих и отправляйся туда, куда я скажу… Управление ситуацией я передаю тебе. Ты сам поймешь, что нужно делать дальше, чтобы нанести миру последний удар, и ты знаешь, как построить новый. В конце концов, твои теории верны, и ты хороший человек. Тебе можно доверять мечты божества, правда? Ведь зачем, если не для исполнения этих мечтаний, Бог вас создал? Я давно тебя знаю и выслушал многое, и согласен с тем, что ты говорил: засилье биомассы, регресс, страх, застой… Ты сможешь это изменить. Я начал, а ты продолжишь.
— А ты? — спросил Джон, вдруг ощутив острое сожаление. Груза ответственности он ещё не ощутил.
— У меня есть дело, — ответил Шикан. — Важное дело.
— Но подожди… даже если нас атакуют, то здесь полно меха, которые смогут тебя защитить.
— Они все будут обеспечивать ваш проход через Врата.
— Тебе необязательно умирать.
— Идиот! — взорвался Шикан. — Разве это для меня что-то значит? Разве ты считаешь, что я боюсь, как боишься ты или какой-нибудь жалкий Эвил? Разве ты не веришь в то, что я твой бог и эта смерть для меня — временна? Я даю тебе возможность установить новый мир и править им, а ты беспокоишься о моем теле?
— Нет, — растерялся Джон. — Прости. Я верю.
И подумал: как же ты собираешься вернуться, Шикан, если твои машины будут уничтожены?
Но спорить больше не стал. Величие жертвы Шикана, его вид, его голос, гулко разносившийся по зале, — все это подействовало на него так, как действовало всегда.
Упав на колени, он наклонил голову и замер, слыша свист и хрипение в груди.
Шикан тоже расслышал этот свист и смягчился:
— Зря волнуешься, — сказал он, — я знаю, что тебя тревожит. Я отдаю Карагу под твоё командование, и ты боишься, что не справишься с ним.
— Он никогда не принимал меня всерьез, — тихо сказал Джон.
— А ты заставь его, — сказал Шикан. — Все, уходи.
Джон поднялся с колен, попятился назад и понял, что смотрит на Шикана сквозь влажную горячую дымку. Он запоминал его, пытаясь запечатлеть все: и лицо, и фигуру, и очертания опущенных плеч, и татуировки-цепи на шее и груди. Он прощался с Шиканом, как прощаются с самой сладкой и самой важной иллюзией, долгое время защищавшей от ударов реальности.
Он прощался с ним, как прощаются с отцом, братом или любимой, с горечью и надеждой.
Шикан не заметил ни его исказившегося лица, ни слез. Он задумчиво смотрел на Кенни и поправлял то ворот его свитера, то волосы.
Он взвалил тело Кенни на плечо и пошёл по коридорам, держась точно по центру. Навстречу, гулко отбивая шаги, текли ряды меха, не обращая внимания ни на что. Они уже получили приказ и собирались прикрыть собой отход Джона и Караги с его новым зарядным устройством.
Уверенная, бездумная сила. Не боящаяся смерти.
Времени бы побольше, подумал Шикан, времени бы… и надо же было так повернуться: Инженер Конструкта! Откуда он вылез, чего хочет?
