Я помню, так хорошо помню… Вот он стоит на берегу желтой от реактивов реки, держит в руке анализатор, и ветер треплет ремешок откинутого на спину шлема, а Тайтэнд удивленно поднимается ему навстречу и тоже начинает несмело улыбаться.
Квоттербек повернулся ко мне и показал экран анализатора. На нём горели столбцы цифр вперемежку с техническими знаками.
— Это «Добрый», — пояснил Квоттербек. — Дружок-спасатель. В воде высокое содержание железа, он приноровился питаться. Эй! — окрикнул он проводника, сидящего на пригорке. — Этот Дракон кого-нибудь из ваших убил?
— Нет, — донесся ответ. — Только лунного человека.
— А как убил?
— Клешней вот так… — Проводник показал на примере сложенных пальцев.
— Ремонтным щупом. Что и требовалось доказать, — сказал Квоттербек. — Он никого не трогает, просто бродит туда-сюда, но обороняться не разучился.
— Надо оставить все как есть, — встрял Тайтэнд. На его щеках снова горело по гневному пятну. — Ни хрена он им не мешает, навыдумывали сказок… А «лунного человека» я и сам бы прикончил.
Лайнмен, уже успевший распаковать тяжелые снаряды для «Иглы», вопросительно поднял глаза. Он явно хотел что-то сказать, потому что начал хрипеть и давиться воздухом.
Квоттербек дождался.
— Надо убить, — коротко сказал Лайн.
Я его понял. Надо было по-настоящему пустить на кастрюли старую ни на что не годную технику.
— Дождаться его, и под «Иглу», — добавил Лайнмен. — Я справлюсь.
Тайт отошел от нас и принялся кидать камешки в воду. Они шлепались о жёлтую поверхность и кругов не оставляли.
— Рыба тут не водится, — глубокомысленно сказал проводник со своего пригорка. — Все Дракон съел. Ловим рыбу далеко-далеко… — и показал куда-то вправо.
Квоттербек раздумывал всего несколько секунд. Я стоял неподвижно, надеясь оказаться полезным в его тактике, но мне не повезло.
— Ждать его бессмысленно, — наконец сказал Квоттербек. — Тайтэнд, сооружай сигналку. Будем звать на помощь. Вылезет — договоримся с ним, заберешься в кабину. Минируй его и выпрыгивай. Лайнмен, ты «Доброго» с первого выстрела не прикончишь, он тебя достанет — сам слышал. Если что — добьешь. Контрольным куда-нибудь под дыхательную систему.
— Не поможет, — угрюмо сказал подошедший Тайтэнд. — Он водоплавающий… без кислорода жить привык. Бей прямо в мозг, Лайн, я туда изнутри не заберусь. Это крышка за кабиной, вот тут… — И он показал на собственный затылок.
Тут я не выдержал:
— А что делать мне?
— Сбегай в деревню, скажи, чтобы жрать готовили, — мрачно отозвался Тайт.
— По ситуации, — сказал Квоттербек.
Ему явно было меня жаль и хотелось куда-то пристроить, но, черт, что поделать, раз все, что я умею делать хорошо, — это бегать.
— Солнце стереги, — добавил Квоттербек, и я поплелся к Солнцу, хотя никакой радости от него сейчас не испытывал.
На берегу начались приготовления. Тайтэнд засел за изготовление сигналки, Лайн неторопливо облачался в броню и кормил снарядами «Иглу». Проводников Квоттербек спровадил подальше, к кромке леса. Ещё дальше не получилось — они не отходили, боясь пропустить представление, и так и маячили там все время.
Сам он уселся возле наклонного деревца и принялся кодировать наш липовый призыв о помощи.
Я от нечего делать подтащил Солнце поближе к нему и сел рядом.
Для кодировки Квоттербек использовал плоскую пластинку, которая была и экраном и клавиатурой одновременно, а ещё где-то в своих микросхемках явно имела каплю разумного пластика, потому что работала так же быстро, как сам Квоттербек, то есть со скоростью человеческой мысли.
Хотелось спросить у него, зачем мы все это делаем, но я полагал, что ответ лежит на поверхности — Тайтэнд и Квоттербек обучались вождению машин различного класса и знают о них куда больше, чем мы с Лайном. Им виднее. Лайнмен исполнителен, вот и делает что прикажут, а моё дело — сидеть и помалкивать, раз ни на что другое не гожусь.
— «Добрый» понимает только те языки, которых в обиходе давно нет, — вполголоса сказал Квоттербек.
— Что-то вроде меня, — сказал я.
Квоттербек на секунду отвлёкся и посмотрел с интересом.
— Слово «брат», — заторопился я, — оно что значит?
Это было нагло и глупо — лезть к Квоттербеку с такими вопросами.
— А где ты слышал? — спросил он, возвращая своё внимание коду призыва о помощи.
— Где-то слышал, — пожал плечами я. — Хотя это и близко к родственным связям Женщин.
— А про Братство слышал?
— Нет.
— Было такое поле, на пятой линии которого не выживала ни одна команда. Ложились в полном составе. Поле потом реорганизовали, переход настроили на другую локацию, но это как раз не важно… важно то, что населяло линию некое Братство. Они не вывешивали флагов, не били исподтишка и не давили техникой. Они выступали навстречу команде и предлагали бой четыре на четыре.
Квоттербек умолк и провел по матовому экрану пластиковой игрушки широкий завершающий круг.
Вот и все, подумал я. Разговор окончен.
— А дальше-то что? — спросил я, подхватываясь вслед за Квоттербеком, но он жестом оставил меня сторожить Солнце, на котором уже можно было без проблем печь картошку, а сам спустился вниз, к Тайту.
