Инферно полностью

— Кто вы?

Мужчина замолчал на какое-то время и сцепил пальцы.

— Имена не важны. Вы можете называть меня хозяином. Я руковожу организацией… которая, к сожалению, совершила ошибку, помогая Бертрану Зобристу в достижении его целей. Сейчас я пытаюсь исправить эту ошибку, пока не стало слишком поздно.

— Что вы хотите мне показать? — спросил Лэнгдон.

Мужчина устремил твердый взгляд на Лэнгдона.

— Такое, что не оставит сомнений, что мы на одной стороне.

Лэнгдон следовал за загорелым мужчиной по лабиринту замкнутых коридоров подпалубных помещений вместе с доктором Сински и солдатами ЕЦКЗ, тянувшимися друг за другом сзади. Группа приблизилась к лестнице, и Лэнгдон надеялся, что они поднимутся к дневному свету, но вместо этого они спустились вглубь корабля.

Теперь они оказались глубоко в недрах судна. Их проводник повёл их между опечатанными стеклянными камерами офисов открытого плана — некоторые были с прозрачными стенами, некоторые с матовыми. Внутри каждой звуконепроницаемой комнаты различные сотрудники занимались работой, печатая на компьютерах или говоря по телефонам. Те, кто поднял глаза и заметил группу, проходящую мимо, выглядели серьёзно обеспокоенными появлением чужаков в этой части корабля. Но загорелый мужчина кивком успокаивал их и шагал дальше.

«Что это за место?» — недоумевал Лэнгдон, когда они пробирались вдоль очередного ряда плотно упакованных рабочих мест.

Наконец, хозяин подвел своих гостей к большому конференц-залу, и все зашли. Когда расселись, мужчина нажал на кнопку, стеклянные стены издали шипящий призвук и стали непрозрачными, изолировав помещение. Лэнгдон был удивлён, он никогда такого не видел.

— Где мы? — наконец потребовал ответа Лэнгдон.

— Это — мое судно — «Мендасиум».

— «Мендасиум»? — спросил Лэнгдон. — Это… латинское наименование Псевдологоса, греческого бога обмана?

Мужчина выглядел пораженным.

— Немногие знают это.

Едва ли лестное название, подумал Лэнгдон. Мендасиум — мрачное божество, заправлявшее всеми псевдологами — духами, занимавшимися обманом, ложью или ложными обвинениями.

Мужчина достал маленькую красную флешку и вставил её в стойку электронного оборудования в дальней части помещения. Включилась огромная жидкокристаллическая панель, и верхний свет медленно погас.

В наступившей напряжённой тишине Лэнгдон услышал приглушённый плеск воды. Сначала он думал, что звук доносится снаружи корабля, но потом понял, что тот исходил из динамиков жидкокристаллического экрана. Постепенно появилось изображение — сочащаяся каплями воды стена пещеры, освещённая колеблющимся красноватым светом.

— Бертран Зобрист создал это видео, — сказал их хозяин. — И он попросил, чтобы я предал его огласке завтра.

В немом неверии Лэнгдон смотрел причудливое домашнее видео — похожее на пещеру помещение с подёрнутой рябью лагуной… в которую камера погрузилась… затем проплыла над затянутым илом, выложенным плиткой полом, в который была вделана табличка с надписью: В ЭТОМ МЕСТЕ, В ЭТО ВРЕМЯ, МИР ИЗМЕНИЛСЯ НАВСЕГДА.

На табличке была подпись: БЕРТРАН ЗОБРИСТ.

Дата — завтрашний день.

Господи! Лэнгдон в темноте обернулся на Сински, но та невидящим взглядом смотрела в пол — очевидно, она уже видела этот фильм и была явно не в состоянии смотреть снова.

Камера теперь сместилась влево, и Лэнгдон был потрясён зрелищем парящего, колыхающегося под водой пузыря из прозрачного пластика, наполненного студенистой, жёлто-коричневой жидкостью. Тонкая сфера оказалась привязанной к полу, так что она не могла всплыть на поверхность.

Что это, чёрт возьми? Лэнгдон посмотрел на раздутый пластиковый пакет. Вязкое содержимое, казалось, медленно перемешивалось… почти циркулировало.

Когда до Лэнгдона это дошло, у него приостановилось дыхание. Чума Зобриста.

— Остановите воспроизведение, — сказала Сински в темноте.

Изображение застыло — привязанный пластиковый мешок, парящий под водой — герметичное облако жидкости, подвешенное в пространстве.

— Думаю, вы понимаете, что это, — сказала Сински. — Вопрос в том, долго ли оно останется в упакованном виде. — Она подошла к ЖК-экрану и указала на едва заметную маркировку прозрачного пакета. — К несчастью, это указывает на материал, из которого сделан пакет. Можете это прочитать?

С участившимся пульсом Лэнгдон взглянул на текст, который оказался торговым знаком производителя: «Солюблон®».

— Крупнейший в мире производитель водорастворимых полимеров, — сказала Сински.

Лэнгдон ощутил заворот кишок.

— Хотите сказать, что этот пакет… растворим?!

Сински мрачно кивнула.

— Мы связались с производителем, от которого узнали, что, к несчастью, они изготавливают массу разновидностей такого пластика, растворяющегося в чем угодно от десяти минут до десяти недель, в зависимости от цели применения. Скорость растворения незначительно зависит от типа воды и температуры, но мы понятия не имеем, уделил ли Зобрист должное внимание этим факторам. — Она сделала паузу. — Мы полагаем, что этот пакет растворится…