Шум да гам — вот неотъемлемая часть любой таверны, в которой есть посетители. А уж сейчас, в условиях закрытого города и стремления скопившихся войск как следует оторваться в свободное от несения службы время, так и вовсе. Зато сервис — в случае появления тут меня или кого-то из приближённых — однозначно на высшем уровне. Сразу подлетает кто-то из обслуги — прямо сейчас сразу две служаночки в подобающих работе открытых и просвечивающих нарядах — а спустя считанные секунды ещё и сам управляющий таверной притопал. На вопрос, где именно я со спутницей желаю расположиться, с ходу ответил, что не в общем зале, но вместе с тем и не в закрытом «кабинете». Иными словами, тут или второй этаж, где имелись отделённые деревянными перегородками с двух сторон и прикрываемые плотной шторой с третьей столики, или нечто похожее, но на первом.
Сейчас, по моему состоянию, куда больше привлекал первый этаж, каковой вариант и оказался выбран. Теперь просто добраться до находящегося на заметном возвышении столика у стены — который тут же оказался огорожен с двух сторон раздвижными ширмами, но при этом остался полностью открытым вид на местную, хм, сцену. Можно было закрыть и его, однако… Лично меня забавляло то, что там обычно творилось, а чуток приподнять не самое лучшее вследствие переутомления и хреноватого покамест самочувствия настроение — как раз то, что доктор прописал.
Кресло. Мягкое, с подлокотниками, комфортное. Благодать! Стоило растечься по нему и частично провалиться в омут релаксации, как и жизнь стала казаться куда как привлекательнее, и мир вокруг словно прибавил яркости красок. Не-ет, нафиг так перегружаться в следующий раз… разы. Осторожнее будь, Хельги, даже в случае тренировок, к которым ты с момента своего соскальзывания в этот мир занимался по полной, но думал, что обладаешь практически полным иммунитетом к их отрицательным последствиям. Ан нет, всё несколько по-иному теперь обстоит. Пока на самых экстремальных уровнях, ну а что будет дальше, того, я думаю, даже Архидемон с прочими схожими по уровню могущества сущностями знать не знают да ведать не ведают.
— Рейды. Сражения просто и большие. Ставр с его лабораторией и взглядом, словно хочет меня ещё и изнутри изучить, — не жаловалась, а скорее устало констатировала девушка. — И это после семи изданных альбомов, полных концертных залов, множества поклонников. Такое неожиданное изменение моего Пути.
Пристально смотрю на неё, эти слова говорящую, равно как и прислушиваюсь к малейшим обертонам голоса, чтобы лучше понять. Ну и недавно приобретённая эмпатия, она тоже действует. Но действует то с учётом естественного и добавленного соответствующей магией — особенно из школы Разума — или шаманизмом, поэтому считать эмоции простого воина и опытного, с немалой магической силой создания — две ну очень большие разницы. И всё равно, не ощущалось сильного и вообще недовольства. Скорее просто тихая грусть и одновременно приглушённое утомлением воодушевление. Принятие новых миров, магии, своих возможностей, которые можно и нужно как следует развивать.
— Потенциальное бессмертие, собственная сила. Куда как выше, нежели деньги в том, прошлом мире. А если песни — то, что есть неотъемлемая часть души — так почему бы и нет? Это сейчас ты в глуши, которую тут Фронтиром называть принято. Зато несколько позже, как только мои три домена хотя бы до малой марки разрастутся — вот тогда и уровень культурного досуга начнёт повышаться. Винила и компакт-дисков тут, конечно нет, мир несколько иного пути развития, зато записывающие голос и изображение магические кристаллы присутствуют. И в том же Ковене, например, записи хора баньши очень популярны у тех, кто может себе позволить такую покупку. Так что легко можешь стать в среднеотдалённом будущем звездой не только того, родного мира, но и этого, и в Инферно получить определённую известность. Там очень многие из числа аристократии буквально помешаны на тех или иных гранях эстетики. Всё в твоих руках, Рамона. Теперь так особенно.
— И ещё кое в чьих, — взгляд девушки сместился на ту самую Печать, которая крепко-накрепко впилась мне в кожу, но вместе с тем виднелась, пуская и краем, далеко не полностью.
