Утихнув на мгновение, звук повторился, но гораздо сильнее. Наконец, раздался сильнейший удар, и выломанные ставни распахнулись, открыв взгляду хозяина согбенную, внушающую необъяснимый страх, фигуру. Та, по-видимому, принадлежала существу, имеющему лишь отдалённое сходство с человеком; несмотря на отсутствие какого-либо оружия, оно обладало невероятной силой, раз смогло единственным ударом сломать прочный дубовый засов.
Существо угрожающе зарычало, обнажив длинные клыки и окончательно убедив тем самым Ансгера в том, что им выпало встретиться с опасным, подобным зверю в повадках и человеку в мыслях, демоном. Оставляя на подоконнике глубокие царапины своими когтями, существо медленно полезло внутрь. Сердце Ансгера билось как сумасшедшее; страх сковал его по рукам и ногам.
А потом… Прежде чем внезапно налетевший порыв ветра загасил свечной огарок, его огонёк, метнувшись в сторону, неожиданно осветил черты лица Ночного Посланца. Ансгер, не веря своим глазам, вскрикнул. Перед ним стоял Гэри Бейрд, его добрый сосед и некогда – закадычный приятель! Гэри, чьи черты лица сейчас исказила наводящая ужас злоба, даже приходился ему свояком, так как его брат был женат на двоюродной сестре давно умершей жены Ансгера. Впрочем, судя по слюне, стекавшей с обнажённых клыков, сейчас едва ли имело смысл напоминать этому чудовищу о родстве.
Гэри метнулся к Ансгеру, и того неминуемо постигла бы смерть, если бы не Хенгист. Вскочив из кресла, где он дотоле пребывал незамеченным, бывший радиооператор выхватил меч и стал на пути Ночного Посланца. Тот, однако, не собирался отступать перед двумя с лишком футами холодно мерцающей стали. Угрожающе рыкнув, Гэри опустился на четвереньки, волосы на его голове встали дыбом, словно шерсть.
Ансгер плотно зажмурился, а потом опять открыл глаза, надеясь, что наваждение пройдёт. Но напрасно: Гэри, уже совершенно покрытый шерстью, словно волк или медведь, бросился на Хенгиста. Лязгнули длинные клыки, лишь на дюйм не дотянувшись до горла Хенгиста; рык постепенно перешёл в удивлённый, жалобный стон. Наконец, существо, застыв на мгновение, показавшееся Ансгеру вечностью, начало заваливаться на спину. Пронзивший его насквозь окровавленный меч вышел из раны, когда Хенгист, упёршись в мохнатую грудь твари ногой, выдернул клинок.
Дверь в комнату распахнулась. Меч описал дугу, готовый сразить вошедшего, но то был всего лишь один из товарищей Хенгиста. С его клинка стекала кровь, невольно приковав взор Ансгера к зрелищу тягучих капель, медленно оседающих на дощатом полу. Казалось, его не интересует ничего, кроме этой маленькой тёмной лужицы, которая постепенно увеличивается, угрожая превратиться в значительных размеров пятно. Ансгер понял, что пятно это ему никогда не смыть – оно уже изменило всю его жизнь самым коренным образом.
– Что там, вы справились? – Голос Хенгиста он едва слышал, словно тот находился где-то на другом конце света.
– Да, господин, – ответила с другого конца света фигура в чёрном плаще. По крайней мере, она стояла на двух ногах.
– Очнись, старик! – Хенгист схватил его за плечо. – Нам нужно исчезнуть отсюда как можно скорее!
Согласившись, Ансгер забормотал что-то под нос и начал растерянно озираться по сторонам, не зная, что взять с собой в дорогу. В поле зрения вдруг попало тело Гэри Бейрда: тот лежал, раскинув руки, посреди комнаты; его глаза безжизненно уставились в потолок. В довершение всего, Гэри был совершенно голым.
Окончательно утратив способность здраво мыслить, Ансгер сел прямо на пол. В голове у него всё перемешалось; мысли, что сменяли одна другую с головокружительной быстротой, казались глупыми и неуместными. Наконец, чья-то сильная рука одним рывком поставила его на ноги. Ансгер увидел перед собой загорелое лицо с твёрдо очерченным подбородком; из-под нависающего капюшона уверенно смотрели тёмные глаза, излучавшие готовность сражаться за своего господина хоть со всей преисподней. Ансгер, почувствовав неловкость за свою минутную слабость, начал приходить в себя.
– Твои записки, старик. – Хенгист протянул ему сумку с бумагами и свитками, накопившимися за долгие годы одинокого, самоотверженного труда.
– Да-да, пойдёмте. – Ансгер прошёл в гостиную, служившую также кухней и столовой, где лежало пять мёртвых тел, одно из которых было одето в чёрное. Остальные, обнажённые, как и труп Гэри Бейрда, принадлежали жителям Смоллхилла. Желание разрыдаться боролось в душе Ансгера с приступом тошноты.
Он прошёл к входным дверям, также выломанным снаружи; у самого входа лежала человеческая – о, как обманчиво бывает это впечатление! – голова. Её срубили начисто у самого основания шеи; мимолётного взгляда хватило, чтобы понять – при жизни эта голова принадлежала супруге Гэри, Аманде. Преодолевая брезгливость, Ансгер переступил через неё и вышел во двор; луна, окрашенная в красный свет, тускло светила с небес.
