Церера обняла его в ответ сильно, но не до боли. Артём услышал, как она часто и дрожаще задышала, словно живой человек. Он кое-что предположил, но просто не мог поверить, тем не менее провёл пальцем по её щеке обнаружив результат своей догадки: палец стал влажным. Артём понял — несмотря на то, что Церера буквально раскрыла ему свой разум, он ещё многого о ней не знал.
— Я прощаю тебя, — прошептал он.
— За что?
— За всё, — ответил он, ощутив, как Церера ещё сильнее его обняла.
В этот миг она не была для него пустой машиной, не была и правителем. Он впервые и непоколебимо признал её сестрой вопреки всякому мышлению.
***
Поиски предателя не приносили особых результатов. Марат надеялся, что всемогущий Инфолинк найдёт отклонение в одном из жителей Конкордии, но изоляция повлияла на всех, и большинство людей стали вести себя «нестандартно». Как выяснилось, жители столицы оказались «неженками» по натуре, не привыкшими к серьёзному стрессу. Как бы они ни были умны и подготовлены по программе лояльности, к любым непредвиденным ситуациям они готовы не были, что показывала статистика их поведения, доступная Марату. Зато утечки информации действительно прекратились, но какой ценой. Марат не хотел признавать, что допустил просчёт, ведь он был в Конкордии, а она жила словно другой мир, по своим законам и правилам… Он всячески пытался понять, как мог мыслить преступник. Он получал важную информацию из первых рук и каким-то образом доносил их до мятежников. Никто из списка Цереры не покидал Конкордию вообще с момента начала жизни в ней. Весь сетевой трафик фильтровался Инфолинком, и будь там хоть слово о планах Цереры, сеть об этом тут же узнала. Марат не мог спать спокойно, зная, что терпение умной машины не было вечным, и если его метод окончательно провалится, то он будет попусту изгнан из города, при этому потеряв расположение Цереры, что для него было жизненно важным в отлове мятежников, коим не было конца и края.
Однажды утром его навестил её личный помощник, сообщив, что в главном зале начинается срочное собрание, но подробностей не сказал. Марат начал думал, что собрание было по его душу, и мысленно собирал свои вещи. Явившись в зал, он с удивлением застал там Ивана, Елену и Артёма. Церера же стояла около консолей нейроинтерфейса. Она сообщила о том, что мятежники предприняли очередной свой ход и попытались совершить восстание в Элиге, одном из городов, что был под защитой Цереры. Им удалось вывести из строя городской узел связи, как это было в Елисее и в Новограде, а также отключить все запасные узлы, кои были надёжно укрыты, что было странным. Мятежники нападали на важные городские здания, даже на гражданских.
— К сожалению, в этот раз есть жертвы. Есть погибшие по обе стороны, пролилось много крови. Лишившись моего присмотра, городские власти нашли способ управлять моей военной техникой для подавления мятежников, в том числе той, что не предназначена для ведения боя в черте города из-за высокого поражающего фактора, нарушая мои прямые инструкции, — говорила Церера. — В городе проживает четыре миллиона человек, погибших более десяти тысяч, и это число до сих пор растёт. Разрушена четверть города из-за ракетного удара, вызванного отсутствием военной подготовки и некомпетентностью полиции, не имеющей права применять такое вооружение!
Церера выглядела рассерженной и крайне недовольной, но на этом её громогласная речь не закончена.
— Многие боевые единицы были отбиты у полиции и захвачены мятежниками, которые не стали медлить с их применением. В перекрёстной битве погибло много невинных людей. Мне удалось частично вернуть контроль над городом и над боевой техникой, лишив обе стороны контроля над ней. Люди, ну почему вы именно такие! — крикнув, она с силой ударила по ближайшей колонне рукой, и та немного погнулась. — Оборона города неисправна, улицы заполнены кровью, скоро начнётся эвакуация выживших во временные убежища близ Конкордии. Город будет закрыт, у меня нет сейчас ресурсов для его восстановления.
Марат сразу забыл про все свои проблемы, неотрывно наблюдая за Церерой. Та ловко спрыгнула со второго яруса на пол.
— Это моя вина, из-за Лазурного неба я вынуждена постоянно держать всю военную технику в городах и в полной боеготовности. Я не могу её полностью отключить, не могу уничтожить или кому-то позволить её уничтожить. Эти машины — зло во плоти, ведь есть такое выражение, да? — сказав, Церера посмотрела на присутствующих, но те ничего не ответили. — Вы спрашиваете меня, почему я силой не покончу с мятежниками раз и навсегда? Это и есть ответ! Кровью мира не получить! Люди должны сами делать выбор, каким бы он ни был. Я не человек, и не мне решать, кем вы хотите быть! Я лишь ограничиваю вас в одном… защищаю вас от самих себя, — последние слова она произнесла тихо.
— Это не твоя вина, — сказал Артём.
— Всё, что я делаю… почему у меня не получается? — спросила Церера. — Никакие расчёты не работают.
