Инфорсер полностью

Черт возьми, отрасти уже пару яиц и заходи! Мое колено неудержимо подпрыгивало, когда я сидел на заднем сидении седана, мой водитель терпеливо ждал, пока я сидел и томился возле дома Пейдж. Я уже опоздал на двадцать минут, именно столько времени мне потребовалось, чтобы добраться до "Фантома", зайти в клуб и выйти через черный ход. Папарацци следили за мной, и, надеюсь, будут ждать там, пока я выйду через парадный вход. Пейдж четко сформулировала свои условия, когда дело дошло до того, чтобы папарацци не поймали нас до того, как мы точно поняли, что делаем.

Может быть, именно поэтому я не мог вытащить свою задницу из машины. Я никогда не нервничал, ужиная с женщиной. Черт, я даже не дернулся, когда «хоккейная зайка» появилась с моим именем, вытатуированным у нее на бедре.

Нет, я был человеком, плывущим по течению, но Пейдж была исключительно деловой и все это было не в моей лиге. Когда она сделала свое предложение, я подумал, что попал в одну из многих фантазий, которые у меня были о ней с тех пор, как Бейли впервые нас познакомила. Три месяца секса без обязательств с этой рыжеволосой девушкой, которая столько раз вторгалась в мои сны, что когда я просыпался, был тверд как скала словно подросток? Черт. Возьми. ДА. А если это достаточно очистит мой имидж, чтобы успокоить тренера и удержать меня на льду? Тогда это победа вдвойне.

Так почему же ты все еще сидишь в машине, как испуганный маленький мальчик?

Сделав глубокий вдох и мысленный пинок по яйцам позже, я распахнул дверь и сказал своему водителю, что позвоню ему. Он был со мной много лет и знал счет — иногда я хотел быстро сбежать, а иногда я был не против остаться на ночь. Я не был уверен, во что превратится сегодняшний вечер, и всегда любил быть готовым к любым ситуациям.

Я сжимал бутылку Мерло между пальцами, мои руки вспотели от нервозности и я отказывался это признавать. У меня было так много великолепных женщин, что я не мог сосчитать, почему Пейдж заставляла меня нервничать?

Потому что она первая женщина, которая видит твое дерьмо насквозь, и первая, кто добивается того, чего хочет, с таким же упорством, как ты на льду.

Черт, это была правда. Я никогда не был с такой женщиной, как Пейдж, и на то была веская причина. Она была умнее меня, сильнее меня, и вся ее жизнь была распланирована, в то время как я просто пытался поддерживать какое-то подобие порядка в своей.

Я уперся костяшками пальцев об ее дверь, подавляя нервы, которые вспыхивали только в ее присутствии. Гейдж был бы в ярости, если бы узнал, что мы были вместе — или какую бы версию истории она ни хотела рассказать людям, — но с этим дерьмом мне было по силам справиться. Дело было во всем остальном, о чем я беспокоился. Что бы со мной сделало время, проведенное с такой женщиной, как Пейдж, даже, если бы это было всего несколько месяцев? Что случилось бы, если бы я не смог справиться с ней?

Или еще хуже… если я влюблюсь в нее?

Большая дверь из красного дерева распахнулась, Пейдж прислонилась к ручке в гладком черном платье, которое скромно доходило ей до колен, но было достаточно обтягивающим, чтобы продемонстрировать ее безупречное тело. Мои пальцы чесались от желания снова прикоснуться к ее гладкой коже, а рот наполнился слюной при воспоминании о ее вкусе. Она была чертовски изысканна.

— Я уже начала думать, что ты сбежишь.

Я прошел мимо нее, протягивая ей бутылку вина.

— Что?

Она сделала знак моему водителю, который выехал задним ходом прямо на улицу.

— Ты сидел там почти десять минут. Боишься, что я укушу?

Я наклонил голову.

— Как ты…

Она закрыла дверь и указала в угол потолка позади меня. Одна камера была направлена на нас, охватывая вход в дом.

— А, — произнес я, поворачиваясь к ней. — Понимаю. — Мой взгляд скользнул по ее груди, которая выглядывала через маленький вырез платья, когда она прижимала к себе бутылку вина. Я прочистил горло. — Сколько еще таких у тебя есть?

Она постучала пальцами по стеклянной бутылке.

— Весь дом и фасад покрыты. — Ее каблуки цокали по деревянному полу, когда она прошла через прихожую, и я последовал за ней в столовую, которая была больше, чем та, что была в моем лофте.

— Проблемы со сталкерами? — пошутил я, когда она поставила бутылку на большой деревянный стол, накрытый на двоих. Свечи освещали приготовленный ею домашний пир — пасту, салат и свежий чесночный хлеб.

Она рассмеялась, метнувшись на кухню, которая находилась рядом со столовой, и вернулась со штопором для вина.

— У меня есть только один преследователь, о котором я знаю, — сказала она, глядя на меня, когда потянулась за бутылкой.

— Позволь мне. — Я остановил ее, забирая у нее из рук, то и другое, и откупориваю вино. — У тебя есть повар? — спросил я, больше потому, что хотел знать, одни ли мы в огромном доме или мне нужно следить за своими словами в присутствии персонала.