Она взглянула на приборную панель, где стрелка спидометра перевалила за двести, и ещё сильнее вдавила педаль газа. Субару резко бросило вперёд. Кай вывернула руль влево, объезжая попутную машину, и едва успела вернуться обратно в свою полосу, в последний момент проскочив перед встречным грузовиком.
– Расскажи о доме, – хмуро произнёс Макс, роясь в бардачке в поисках салфеток или чего-то другого, чем можно было бы стереть кровь с лица. Его разбитая губа не причиняла дискомфорта. Да он даже боли не чувствовал, за столько лет привыкнув к ней. А вот рассечённая бровь Кай вызывала у него беспокойство, потому что та то и дело проводила по ней тыльной стороной ладони, смахивая красные капли, которые так и норовили попасть в глаз. Это могло стать проблемой.
– Точно такой же, как наш. В доме Кларк – смуглый парень твоего телосложения с бритой головой и татуировкой на шее, и, наверное, его напарница Дженни – маленькая блондинка. Смоук и Мист должны быть в штабе.
Макс удовлетворённо кивнул – она выдала ему ровно ту информацию, что была необходима, так как он ещё не знал в лицо этих агентов. А значит, ему не придётся разбираться с тем, кто в доме свой, а кто чужой.
– Держи, – предварительно сложив в несколько раз, он протянул Кай влажную салфетку, пачку с которыми всё-таки отыскал в подлокотнике, но когда та озадаченно уставилась на неё, отвлекаясь от дороги, только укоризненно поджал губы и сам прижал её к тонкой брови.
«Да уж, а девчонка-то, и правда, забыла, что значит иметь напарника», – или это он вдруг стал чересчур заботливым?
– У нашего дома тоже есть название? – ещё больше нахмурившись, Макс попытался отмахнуться от своих мыслей, переключаясь на нейтральную тему.
– Esperanza, – на идеальном испанском ответила Кай, крепче сжимая руль. Они въезжали на серпантин, после которого был съезд к дому через лес, но она даже не подумала сбавить скорость.
– Надежда? Очень… хм… знаково… – Макс выкинул себе под ноги пропитавшуюся кровью салфетку, убедившись, что она больше не нужна, а через несколько секунд ухватился за ручку над головой, удерживая себя на сиденье, когда чёрный Субару с лёгким заносом вошёл в первый поворот. – Чёрт, детка, полегче.
– Я тебе не детка, – Кай как будто специально повела машину ещё агрессивнее, мгновенно вспыхивая от такого обращения. Какого дьявола он вообще посмел это сказать. Причём ровно тогда, когда она решила, что они смогут нормально сработаться.
– Раньше ты не жаловалась, – едва заметно дёрнув уголком губ, Макс всё-таки сумел сохранить нейтральное выражение лица. Совсем ни к чему было сейчас ещё больше выводить её из себя. Но удержаться было неимоверно сложно.
Кай только возмущённо сверкнула на него глазами, но промолчала, мысленно пытаясь успокоить саму себя. Сейчас нужно было думать совершенно о другом. Уж точно не о…
«Чёрт, заткнись», – прикрикнула она на своё подсознание, подсовывающее возбуждающие картинки с участием Макса, и, выключив фары, сбавила скорость, съезжая на грунтовую дорогу, петляющую среди густых деревьев. Лобовое стекло в ту же секунду превратилось в своеобразный прибор ночного видения. Правда, не такой чувствительный, как его портативные аналоги.
– Тридцать секунд, и мы на месте.
Макс молча протянул ей портупею с уже закреплёнными на ней пистолетами, и Кай, перехватывая руль, по очереди всунула руки в кожаные петли, чувствуя, как ремни слегка стягивают плечи.
– Чёрт, это Анны. Она мне маленькая.
– Учись работать с тем, что есть. У меня не было времени вчитываться в бирки, – раздражённо закатил глаза Макс, но, подумав, добавил, как будто извиняясь: – Я запомню.
Остановившись на краю дороги в ста метрах от возвышающегося на поляне дома, они тихо выбрались из машины и, вытянув вперёд пистолеты, заскользили вдоль кромки леса, всматриваясь в темноту. Вокруг стояла гнетущая тишина.
Заметив сбоку открытые настежь ворота гаража, как будто специально оставленные для привлечения внимания, Макс знаками показал, что зайдёт через них. Если уж нарываться на западню, то пусть это придётся сделать ему.
Согласно кивнув, Кай бесшумной тенью направилась в сторону главного входа и, приложив ладонь к незаметному сенсорному датчику на стене, открывшему входную дверь, осторожно ступая, вошла в гостиную, освещённую слабым светом луны, проникавшим сюда сквозь окна. Давно привыкшие к темноте глаза различили следы борьбы, а следом и силуэт женского тела на полу.
Сбоку послышался едва уловимый скрип половиц, и Кай резко обернулась, наводя пистолет на вошедшего. А сердце в груди застучало с бешеной скоростью, как будто в благодарность за то, что она всё-таки успела понять, что это Макс, до того, как выстрелила. Выдохнув, она опустилась на одно колено возле тела, проверяя пульс, и, подняв взгляд на напарника, покачала головой. Дженни была мертва.
Указав пальцем вверх, Макс уже собирался проверить второй этаж, когда заметил за спиной Кай надпись и привлёк к ней её внимание.
«Я буду скучать по тебе, крошка…» – багровели на стене ещё совсем свежие буквы, и Кай сорвалась с места.
