Когда же через двадцать минут, жутко замёрзнув, Кай запрыгнула в машину, стряхивая с волос снег, за рулём сидел совсем не её брат. Развернувшись вполоборота, ей улыбался жутко довольный Итан. Адама срочно вызвали к шефу, и он решил его подменить. Кай уже собиралась выскочить из машины, наплевав на страшный холод, но Итан не пустил её, в первый раз действительно проявив упорство. Ничего не говоря, он просто взял её окоченевшие руки в свои ладони и поднёс к губам, согревая тонкие пальцы своим дыханием. А она, опешив, даже не могла пошевелиться, бегая затравленным взглядом по его лицу, пока её сердце заходилось в бешеном танце. В тот день Итан первый раз поцеловал её. Первый раз пригласил на настоящее свидание. С ним всё было в первый раз. Невероятно волнующе и сказочно. И, конечно, спустя много месяцев он стал её первым мужчиной. Единственным. Так Кай казалось все три года, что они были вместе.
– Итан ушёл около шести лет назад. Ему надоело рисковать своей шкурой, и он хотел заниматься оружием, его поставками на Ближний Восток. Я же отказалась покидать Агентство. Он счёл это предательством, – Кай горько хмыкнула.
По сути, так оно и было. Она выбрала не его. Она выбрала Адама, выбрала Виктора и организацию, которая стала её домом и семьёй. Ей пришлось сделать этот выбор, потому что усидеть на двух стульях было невозможно. Конфликт интересов – так обычно об этом говорят.
– У нас были сильные чувства. Да они и сейчас есть. От любви до ненависти. Мы оба прошли этот путь, – выдохнув, Кай сжала руками подоконник.
И какого чёрта она всё это ему рассказывала? Снова. Опять пускала куда-то глубоко в себя, где не должна была появляться ни одна живая душа. А Макс опять слушал. Не перебивая и не задавая вопросов. Чтобы что? Снова выдать ей в конце какую-нибудь философскую мысль, от правильности которой захочется полезть на стену или вздёрнуться? Внутри снова закипала ярость. И отчаянье. А единственным настоящим желанием было разгромить что-нибудь, а потом закутаться в одеяло и разрыдаться. К чёрту. Ей просто нужно было поспать.
– Крошка… – Кай сглотнула ком в горле. – Так он меня всегда называл. Поэтому я уверена. Видимо, в своём расследовании я подобралась слишком близко. Либо ему надоело, что я вечно срываю его планы. И Итан решил меня убрать. Он ведь специально выбрал самый ближний к нам дом. Знал, что именно я приеду раньше всех на вызов. Чёрт! – она с силой стукнула кулаками по подоконнику, и по тонкому пластику пошла трещина. – Из-за меня снова гибнут люди. Ещё и тебя с собой притащила. Теперь ты понимаешь, почему я всегда работаю одна?!
Макс раздражённо покачал головой и выбрался из постели. Он терпеть не мог женские истерики. Хотелось схватить её за плечи и встряхнуть. Прикрикнуть, чтобы собралась и прекратила вести себя как маленькая девчонка. Но вместо этого он почему-то просто крепко обнял её.
В порыве злости Кай попыталась стряхнуть его руки, но Макс только сильнее сжал свои медвежьи объятья и зашептал ей на ухо:
– Те ребята погибли не из-за тебя, а по приказу Крейга. Только он виноват в их смерти. Не ты, так кто-то другой из нас копал бы под него. Так что перестань тянуть всё на себя. Мир не крутится вокруг Кай Палмер. И научись, чёрт возьми, видеть хорошее. Ты, как минимум, спасла мне жизнь.
– И что же в этом хорошего? – Кай шмыгнула носом и робко улыбнулась, вцепившись пальцами в обнимавшие её руки так, как будто только они не давали ей утонуть посреди штормового океана.
– Я смогу и дальше тебя бесить, – хмыкнул Макс, укладывая подбородок на её плечо. Но невесомо коснувшись губами женской щеки, снова стал серьёзным: – Я в долгу у тебя. Мы решим вместе эту проблему, как напарники. И это не обсуждается.
– Так что, какие прогнозы? Когда уже док тебя отсюда выпустит? – развернув стул, Ник уселся на него верхом и протянул Максу стакан кофе, тайком пронесённый в палату.
В последний месяц они начали достаточно много общаться, как-то незаметно для самих себя найдя огромное количество точек соприкосновения. И теперь Ник практически каждый день хотя бы на пару минут забегал в больничную палату, рассказывая свежие новости о происходящем в Агентстве.
– Дня через два-три, – Макс выглядел раздосадованным. Он не привык так бездарно тратить время. Но горячий напиток, приятно обжёгший язык, всё-таки смог хоть не намного, но поднять настроение. – Он продлил мою отсидку до двух недель. Я уже схожу с ума от безделья. Скука смертная.
– Кай не заглядывала?
– Один раз, больше недели назад, – Макс равнодушно пожал плечами, а Ник удивлённо сморщил лоб.
– Странно, я думал вы… наладили работу.
– Я рассчитывал, что мы сдвинулись с мёртвой точки. Но, видимо, это было слишком оптимистично.
